Category: наука

Добрый человек из Петербурга

Автор: Евгений Водолазкин

Скажу просто, что вклад Лихачева состоит в том, что древнерусскую литературу он сделал достоянием общественного сознания. Есть народные артисты и народные художники. Лихачев — единственный известный мне народный академик. Не потому, что народ так уж хорошо знал его литературоведческие работы. Подозреваю, что в массе своей народ этих работ не знал. Просто он видел, что деятельность этого человека увеличивает пространство добра. Это то, что понятно всем — вне зависимости от образования и имущественного положения. Говорят, что рука, положенная на лоб, ощущается даже тем, кто находится без сознания. Она понятна ему как знак со-чувствия. Со-страдания. Или благодарности. Хорошо помню лоб его, покойного. В морге, куда, по просьбе дочери, нужно было приехать за Дмитрием Сергеевичем, еще не было суеты официальных похорон. Можно было спокойно попрощаться. Я положил ему руку на лоб. Лоб был прохладным и слегка шершавым. Это ощущение я вспомнил впоследствии, когда гладил камни Соловецкого монастыря, места его четырехлетнего заключения, — прохладные, но не холодные. Даже неживой своей сущностью источающие мощную энергию добра. Помимо своих достижений в науке, Лихачев был просто добрым человеком. Тем, кто способен помочь или — применительно к суровой нашей действительности — заступиться. Он заступался за коллег перед всесильными «органами» и помогал вернуться в Ленинград ссыльным ученым. Пытаясь защитить Иосифа Бродского от обвинения в «тунеядстве», заказал ему перевод для Пушкинского Дома Джона Донна. Годы спустя они вспоминали об этом, когда Бродский разыскал Лихачева в Венеции. Во время прогулки Бродский подарил ему шляпу гондольера. Никогда не видел Дмитрия Сергеевича в этой шляпе (в память о Бродском она всегда висела за его креслом), но думаю, что романтическое начало Лихачева подарок отражал чрезвычайно точно.
Collapse )

Последняя «совесть нации»: Дмитрий Лихачёв (ко дню рождения)

Автор: Нина Лукьянова

«Религия либо занимает основное место в жизни человека, либо у него её нет вовсе. Нельзя верить в Бога „попутно“, „между прочим“, признавать Бога как постулат и вспоминать о Нём только, когда спрашивают». (Дмитрий Лихачев, «О жизни и смерти» в его книге «Русская культура»). Каждый из живущих на Земле вольно или невольно преподносит уроки окружающим: кто-то учит, как надо жить, кто-то — как не надо жить, кто-то учит, как надо поступать, кто-то — как не надо или не стоило бы поступать. Круг обучаемых может быть разный — это родные или близкие, соседи. И только у единиц этот круг становится всем обществом, всей нацией, всем народом, поэтому они получают право называться Учителями с большой буквы. Вот таким Учителем был Дмитрий Сергеевич Лихачев» (Владимир Александрович Гусев, директор Государственного Русского музея). 28 ноября исполняется очередная годовщина со дня рождения академика Дмитрия Сергеевича Лихачева — русского мыслителя, ученого и писателя, жизнь которого стала великим подвигом за духовность русского народа и родную культуру. В его жизни, которая охватила почти целиком весь XX век, было многое: арест, лагерь, блокада и большая научная работа. Современники называли Лихачева «последней совестью нации». Дмитрий Сергеевич Лихачев родился 15 ноября (28 ноября — по новому стилю) 1906 года в Санкт-Петербурге, в зажиточной семье старообрядцев-безпоповцев федосеевского согласия. В своих «Воспоминаниях» Дмитрий Сергеевич писал: «Моя мать была из купеческой среды. По отцу она была Коняева (говорили, что первоначально фамилия семьи была Канаевы и неправильно записана в паспорт кому-то из предков в середине XIX века). По матери она была из Поспеевых, имевших старообрядческую молельню на Расстанной улице у Раскольничьего моста близ Волкова кладбища: там жили старообрядцы федосеевского согласия. Поспеевские традиции и были самыми сильными в нашей семье. У нас по старообрядческой традиции никогда не было собак в квартире, но зато мы все любили птиц».
Collapse )

Тот самый ДэЭс. Под влиянием Лихачева я стал человеком письменного текста: мой учитель Д. С. Лихачев

Автор: Евгений Водолазкин

Честно говоря. Знакомство с академиком Лихачевым. В 1986 году, закончив филфак Киевского университета, я приехал в Ленинград и поступил в аспирантуру Института русской литературы, знаменитого Пушкинского Дома. Защищал диссертацию о хронике византийского монаха IX века Георгия Амартола. И вышло так, что Дмитрий Сергеевич прочитал мою диссертацию, заинтересовался — и спросил: не хотел бы я остаться в возглавляемом им Отделе древнерусской литературы. Я, разумеется, согласился. Но это уже было после, в 1990 году, а познакомились мы с ним, когда я только поступил в аспирантуру. Было заседание в отделе древнерусской литературы, я делал сообщение по теме своей диссертации, и Лихачев что-то у меня спросил. Я начал ему отвечать — и употребил расхожее выражение «честно говоря». Дмитрий Сергеевич улыбнулся и спросил: «А что, все остальное вы говорили не честно?» Тогда я несколько растерялся, мне казалось, что это вполне нормальное выражение, дающее некий оттенок речи — но спорить с Лихачевым не решился. Уже значительно позже я понял, что он прав, потому что в «честно говоря» есть некое кокетство: речь должна быть в стилевом отношении более прямой, более определенной. И вот с 1990 года я стал работать в Отделе древнерусской литературы. Надо сказать, что все сотрудники этого Отдела попали туда не случайно, их всех пригласил Дмитрий Сергеевич, «ДэЭс», как мы его называли. Неудивительно, что атмосфера у нас в отделе была совершенно неказенная, семейная. И это выражалось не только в интересном общении, не только в разговорах на высокие темы. Дмитрий Сергеевич постоянно помогал своим сотрудникам в каких-то бытовых вопросах. Мне и моей семье он тоже неоднократно помогал.
Collapse )

20 лет без Лихачева: о веке и вечности великого академика

Автор: Евгений Водолазкин

Его называли совестью нации, последним представителем Серебряного века, человеком-эпохой. 20 лет назад, 30 сентября 1999 года, не стало Дмитрия Сергеевича Лихачева. Его жизнь была не просто временным отрезком — именно эпохой. Веком — в этом слове чувствуется отзвук вечности. Он умер накануне нового столетия, словно подводя черту всему, что случилось с нашей страной в ХХ веке. Словно, пережив и Серебряный век, и террор, и убогие социалистические будни, он подошел к той черте, за которой начиналась новая эпоха: на нее уже не хватало ни времени, ни сил. Есть люди, чье значение состоит не только в их личных достижениях, — они формируют среду. Поддерживают традицию. В науке и культуре традиция чрезвычайно важна. Можно, казалось бы, обойтись библиотекой или музеем, прочитать или увидеть то, что сделано предшественниками, и создавать свое. Взятое в абстрактном виде, такое рассуждение кажется справедливым, но в жизни так не получается. В жизни обязательно нужен тот, с кем вступаешь в диалог, — не воображаемый, книжный, а реальный, когда на твоих глазах рождаются и вопросы, и ответы. Говоря о создании им среды, не имею в виду «эпохальных» высказываний. Да и не только высказывания это были — интонации. Время от времени я почти слышу какие-то его фразы — важные и неважные. Отдельные слова собираются в причудливую мозаику, которая, чем больше отдаляешься от нее, тем более четкой становится.

Collapse )

Совесть нации Дмитрий Лихачёв (к 20-летию со дня смерти)

Автор: Нина Лукьянова

«Религия либо занимает основное место в жизни человека, либо у него её нет вовсе. Нельзя верить в Бога „попутно“, „между прочим“, признавать Бога как постулат и вспоминать о Нём только, когда спрашивают». (Дмитрий Лихачев, «О жизни и смерти» в его книге «Русская культура»). Каждый из живущих на Земле вольно или невольно преподносит уроки окружающим: кто-то учит, как надо жить, кто-то — как не надо жить, кто-то учит, как надо поступать, кто-то — как не надо или не стоило бы поступать. Круг обучаемых может быть разный — это родные или близкие, соседи. И только у единиц этот круг становится всем обществом, всей нацией, всем народом, поэтому они получают право называться Учителями с большой буквы. Вот таким Учителем был Дмитрий Сергеевич Лихачев» (Владимир Александрович Гусев, директор Государственного Русского музея). 30 сентября исполняется очередная годовщина со дня смерти академика Дмитрия Сергеевича Лихачева — русского мыслителя, ученого и писателя, жизнь которого стала великим подвигом за духовность русского народа и родную культуру. В его жизни, которая охватила почти целиком весь XX век, было многое: арест, лагерь, блокада и большая научная работа. Современники называли Лихачева «последней совестью нации». Дмитрий Сергеевич Лихачев родился 15 ноября (28 ноября — по новому стилю) 1906 года в Санкт-Петербурге, в зажиточной семье старообрядцев-безпоповцев федосеевского согласия. В своих «Воспоминаниях» Дмитрий Сергеевич писал: «Моя мать была из купеческой среды. По отцу она была Коняева (говорили, что первоначально фамилия семьи была Канаевы и неправильно записана в паспорт кому-то из предков в середине XIX века). По матери она была из Поспеевых, имевших старообрядческую молельню на Расстанной улице у Раскольничьего моста близ Волкова кладбища: там жили старообрядцы федосеевского согласия. Поспеевские традиции и были самыми сильными в нашей семье. У нас по старообрядческой традиции никогда не было собак в квартире, но зато мы все любили птиц».
Collapse )