?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Авторы: святитель Феофан Затворник, блаженный Феофилакт Болгарский, архиепископ Аверкий Таушев

С 11 стиха начинается защитительная часть Послания. О непосредственном откровении Евангелия святому Павлу Самим Господом. Лжеучители и лжебратия, унижая святого. Павла говорили, что он Самого Господа Иисуса Христа никогда не видал, евангельскому учению научился от других апостолов, а потом отступил от них, составив свое собственное учение о ненужности закона Моисеева; для того же, чтобы прикрыть свое отступление, он, бывая с другими апостолами, говорит и действует, как они, чтобы не показать своего разногласия с ними. Защищая от клеветников свое апостольское достоинство, святой Павел прежде всего раскрывает Божественное, а не человеческое происхождение своего Евангелия, утверждая, что он научился ему чрез откровение Исуса Христа, то есть непосредственно от Самого Господа, являвшегося ему. Доказывает это своим авторитетом: личностью, совестью, честью. Сказýю же (возвещаю, еще скажу) вáмъ, брáтiе, благовѣствовáнiе (Евангелие) благовѣщéнное от менé, я́ко нѣ́сть по человѣ́ку, не есть дело человеческой мудрости, «то есть не человека я имел учителем, а был учеником Самого Христа» (блаженный Феофилакт). Это выражение похоже на то, как мы говорим: по-человечески, по-Ангельски, по-Божески. Апостол «открывает начало самого Послания и говорит, что от Сына Божия научился Евангелию чрез откровение, когда по воскресении Он был уже на небесах, и что то, чему научился, соответствует величию Того, от Кого научился» (Амвросиаст). Сказую — торжественное удостоверение в истине своего слова. Тут дается разуметь, что то, что имеет быть изречено, не подлежит сомнению, что он ручается за это всем своим авторитетом. Евангелие, им благовещенное, не из круга человеческих дел, не под силу человеку, и ожидать нельзя, чтобы человек умом своим мог придумать его. «Оно составлено не по человеческим умозаключениям» (блаженный Феодорит). «Евангелие, принятое Церквами всего мира, Божие Евангелие, а не человеческое» (Блаженный Иероним). Благовествование благовещенное от мене — не то, как я всюду его благовествую, а как благовествовал его у вас, в том виде, смысле и значении, как я вам его передал и как вы приняли. Для нас же это все одно, как бы апостол сказал: Евангелие, которое благовествую; ибо он всюду одинаково благовестил.

Ни бо áзъ от человѣ́ка прiя́хъ é (приях — первоначальное обучение, принятие истины в общих очертаниях; принял его, как нечто целое παρέλαβον), ни научи́хся (не научился его понимать ἐδιδάχθην ни от кого из людей; научихся — углубление в круг открываемых истин, полное их изучение), но явлéнiемъ (через откровение Самого) Iсýсъ Христóвымъ. Евангелие его не только не есть человеческое, но и, будучи Божеским, дошло до него не чрез человека, а получено им лично от Самого Господа. «Так как клеветники говорили, что он не был, как прочие апостолы, непосредственным слушателем Христа, а все принял от людей, то он говорит, что открыл мне Евангелие Сам Тот, Который научил и Петра и других» (блаженный Феофилакт). Наш славянский перевод останавливает внимание на явлении Господа святому Павлу на пути его в Дамаск и дает разуметь, что в этот момент он постиг силу Евангелия, хотя при сем слышал только: Я Iсусъ: трудно тебе противъ рожна прати — и: иди в Дамаскъ, тамъ тебе сказано будетъ, что ты долженъ сделать (см.: Деян. 9, 5‒6). Евангелие он получил прямо от Самого Господа через откровение. Апостол не указывает, когда и как бывали ему сии откровения; но, что они были, на это он не раз ссылается в своих Посланиях. Так, например, о втором пришествии Христовом и о том, что будет тогда с живущими и умершими, он говорит к солунянам словомъ Господнимъ (1 Сол. 4, 15), конечно, в том смысле, что он слово сие слышал от Самого Господа; о Тайной Вечере он говорил тоже так, как приял сам от Господа (ср.: 1 Кор. 11, 23); судя по сему, и там, где он, пред изложением существа Евангелия, говорил: еже и прияхъ, — надо разуметь, что это он приял от Господа (см.: 1 Кор. 15, 3). И то восхищение до третьего небесе, о коем он, поминая в Послании к Коринфянам, писанном год какой спустя после Послания к Галатам, — говорит, что оно было прежде четыренадесяти лет (см.: 2 Кор. 12, 2‒4), уже случилось, когда святой Павел писал сие Послание, и вообще падает на первые годы по обращении его к Господу. Все такие указания обязывают нас признать, что Евангелие все, во всем своем составе, было открыто святому Павлу непосредственно Самим Господом и что, следовательно, он есть полный непосредственный ученик Господа, как и все первейшие апостолы ‒ самовидцы. Подтверждает это внезапною своею переменою, которую могут многие засвидетельствовать, из гонителя в защитника Христова Евангелия. Слы́шасте бо моé житié иногдá (прежде) въ жидóвствѣ (в иудействе). Иногда ‒ некогда, предполагается, довольно давно. Уже лет более двадцати прошло, как обратился святой Павел, до того времени, как писал сие Послание. «Будучи таким гонителем, как бы я мог вдруг измениться, если бы не извлекло меня некое божественное явление? А что я был ревностным гонителем, видно из того, что слышали об этом и вы, галаты, столь далеко живущие от Иудеи» (блаженный Феофилакт). Я́ко по премнóгу гони́хъ (что я жестоко гнал) Цéрковь Бóжiю, и разрушáхъ ю (опустошал её, то есть пытался разрушить до основания и истребить)́. По премногу, καθ υπερβολην, — сильно выпажается: сверх меры, больше, нежели следовало. В этом слове слышится сознание своей неправости прежней и неразумного юношеского увлечения. И пре(у)спѣвáхъ въ жидóвствѣ пáче мнóгихъ свéрстникъ мои́хъ въ рóдѣ моéмъ, и́злиха (περισσοτερως, безмерным) ревни́тель сы́и (быв) отéческимъ мои́мъ предáнiемъ (фарисейские πατρικῶν). Не преуспевал только в жидовстве больше всех, но и горячностью, ревностью по нему превосходил всех, «и в войне против Церкви шел впереди; иначе: был в чести у иудеев. Но не по тщеславию или гневу, а из ревности. Итак, если я боролся против Церкви не по человеческим каким-нибудь расчетам, но из ревности по Боге, хоть и заблуждался, то как же теперь, когда познал истину, стал бы я проповедовать из любви к человеческой славе что-нибудь другое, а не то, что повелевает истина и чему научил меня Христос» (блаженный Феофилакт). Егдá (когда) же благоволи́(л) Бóгъ избрáв(ш)ыи мя́ óт чрева мáтере моея́, и призвáвъ благодáтiю Своéю, яви́ти Сы́на Своегó во мнѣ́, да благовѣствýю Егó во язы́цѣхъ (язычникам). «Бог открыл мне Сына не с тем только, чтобы я познал Его, но и для того, чтобы проповедовать Его другим» (блаженный Феофилакт). «Если от чрева матери он предназначен был к благовестию и избран Богом, то, конечно, по некоторому божественному распоряжению оставался некоторое время в иудействе, без сомнения, для того, чтобы эта столь резкая перемена в нем привлекла многих к вере и утвердила в ней. Хотя Бог призвал его за добродетель, ибо сказано: сосудъ избранъ Ми есть (Деян. 9:15), но он скромно говорит, что призван благодатью не по достоинству, а по милости» (блаженный Феофилакт). (блаженный Феофилакт). На что предыдущими словами только намекал, то есть что перемена его произведена в нем силою Божиею, о том теперь поминает как о совершившемся событии, именно что Бог действительно явил в нем Сына Своего и тем произвел в нем такой переворот, что он после сего оставил все человеческое и земное и всего себя посвятил на служение Евангельской истине. «Не сказал: открыть мне, но во мне, показывая тем, что получил наставление не словесное только, но и сердце его исполнилось многого Духа, так как знание это запечатлелось во внутреннем человеке и Христос в нем говорит» (блаженный Феофилакт). Абiе не приложи́хся (тогда не стал искать) совѣта плóти и крóви (у людей): «никакой человек не был его учителем» (блаженный Феофилакт). От других апостолов Евангелию не мог научиться святой Павел: ни взыдóхъ (не пошел) во Iеросали́мъ къ пéрвѣйшымъ менé (бывшим прежде меня, πρὸ ἐμοῦ, ранее меня призванным) апóстоломъ, но идóхъ (пошел) во Аравíю (то есть ходил по местам невозделанным и диким) и пáки возврати́хся (опять вернулся) въ Дамáскъ. «Не пошел в Иерусалим совещаться с апостолами относительно проповеди, довольствуясь Божественным откровением» (Экумений). «Неразумно было бы наученному Богом потом внимать людям… не по превозношению говорит он это, а чтобы показать достоинство своей проповеди» (блаженный Феофилакт). Не пошел тотчас по обращении, а после ходил. Первейшие апостолы здесь разумеются по времени, — которые прежде него и призваны, предшествовавшие. В Дамаске показал он такую ревность, что возбудил к себе ненависть, и, узнав о кове против него, удалился из Дамаска. «Говорит много о себе, но говорит не ради тщеславия, а для того, чтобы не потерпела ущерба его проповедь, если ему не станут верить, как человеку простому и ученику учеников» (блаженный Феофилакт). Потóмъ же по трiéхъ лѣ́тѣхъ (спустя три года со времени обращения, после трёх лет своего апостольства) взыдóхъ (ходил) во Iеросали́мъ согля́дати (увидеться или познакомиться, ἱστορῆσαι, как следует) Петрá. «Не с тем, чтоб у него научиться, потому что и сам Того же имел Преподателя Евангелия, но чтобы увидеть лицо его, лично с ним познакомиться (ἱστορῆσαι употребляется о наблюдениях путешественников, как обыкновенно говорят люди, рассматривающие великие и знатные города), воздать честь первому апостолу» (блаженный Иероним). Они не знали доселе друг друга лично. Когда Варнава поознакомил их, рассказал Петру о чудесном обращении Павла и его апостольстве в Дамаске, Петр дружески принял его, и пребы́хъ (пробыл) у негó днíи пять нáдесять, проповедуя Евангелие вместе с ним в Иерусалиме (см.: Деян. 9, 27‒29). «Пребывание ‒ выражение дружбы и горячей любви» (блаженный Феофилакт). Святой Златоуст пишет на сии слова: «Путешествие, предпринятое для Петра, доказывает великое уважение к нему Павла; а пребывание его у него столько дней показывает дружественное расположение и искреннюю любовь их между собою». Инóго же от (из) апóстол(ов)ъ не ви́дѣхъ, тóкмо Иякова брáта Госпóдня: иного, кроме Петра, из апостолов не видал (их не было тогда в Иерусалиме), видел же еще одного из знаменитых, именно Иакова, брата Господня, сына Клеопы, брата Иосифа Обручника (т. о. сводного брата Христа), епископа Иерусалимского. «О нем он также упоминает с почтением, называя его братом Господним» (блаженный Феофилакт). Иаков ради его святости и достоинства предстоятеля Иерусалимской Церкви почитался наряду с другими апостолами и имя носил апостола. Почему и святым Павлом так наименован.