petrpavelhram (petrpavelhram) wrote,
petrpavelhram
petrpavelhram

Category:

Евангелие от Матфея (апостолу): Мф. 9, 9‒13

Автор: святитель Иоанн Златоуст

Почему Спаситель не в одно время с Петром, Иоанном и другими призвал Матфея? Потому, что как к тем Исус пришел в то время, когда они способны были послушать Его, так и Матфея призвал тогда, когда он готов был идти за Ним. По той же причине и апостола Павла призвал по воскресении. Знавший сердца и ведавший сокровенные мысли каждого человека знал, когда кто из них будет готов последовать Ему. Потому и Матфея призвал не в начале, когда он был еще мало восприимчив, но после того, как сотворил великое множество чудес, и когда слава о Нем распространилась всюду, и Матфей сделался способнее к повиновению. Достойно также удивления и любомудрие евангелиста Матфея. Он не только не скрывает прежней своей жизни, но и называет себя по имени, тогда как другие скрывали свое имя под другим наименованием. Для чего же евангелист сказал: на мытнице седяща? Для того, чтобы показать могущество Господа, Который призвал его не после того как он оставил свой бесчестный торг и перестал заниматься им, но исхитил его из среды зол, так же как и блаженного Павла обратил тогда, когда он неистовствовал, дышал яростью и злобою на церковь. Об этом и сам Павел, желая показать могущество Призвавшего его, пишет к Галатам: слышасте мое житие иногда в жидовстве, яко попремногу гоних Церковь Божию (Гал. 1: 13). И рыбарей Господь призвал тогда, когда они занимались своим ремеслом. Но их ремесло не заключало в себе ничего бесчестного; оно было свойственно людям необразованным и простым. Напротив, ремесло мытарей было позорно и бесстыдно. Это – корысть ничем неизвиняемая, бесчестная нажива, хищение под видом закона. И, однако, ничего этого Призвавший не устыдился; и удивительно ли, что Он не устыдился мытаря, когда Он не только не устыдился призвать блудницу, но и не возбранил ей облобызать и омочить слезами ноги Его? Для того Он и пришел, чтобы уврачевать не только тело, но и душу исцелить от зла. Так поступил Он и с расслабленным. Ясно показав при совершении этого чуда, что Он может отпускать грехи, Спаситель вслед затем призывает и Матфея, чтобы другие, видя, что Он принимает в число учеников Своих мытаря, уже не смущались. Если Он имеет власть отпускать все грехи, то чему же удивляться, если Он и мытыря делает апостолом? Но познав могущество Призвавшего, познай теперь и послушание призванного. Он не воспротивился, не усомнился и не сказал: что это значит, ужели Господь зовет меня, столь великого Грешника? – такое смирение было бы неуместно, – но тотчас повиновался, и даже не обнаружил желания идти в дом и посоветоваться об этом с родственниками, как поступили и рыбари. Как те оставили и сети, и лодку, и отца, так и Матфей оставил свое ремесло и прибыль, пошел вслед Исуса, показывая полную готовность ко всему, и вдруг отрекшись от всего житейского, совершенным повиновением подтвердил благовременность своего призвания. Но почему же, спросишь, нигде не сказано о том, как призваны прочие апостолы, а говорится только о призвании Петра, Иакова, Иоанна и Филиппа? Потому что они имели презренные и низкие занятия: что в самом деле хуже звания мытаря, что маловажнее занятия рыбарей? А что и Филипп был незнатного происхождения, это показывает его отечество. Вот почему евангелисты преимущественно и повествуют о призвании этих учеников и их занятиях. Они хотели через это показать, что им должно верить и в повествованиях о делах важных. В самом деле, если они, повествуя о делах Учителя и учеников Его, не опускают ничего, что относилось, по-видимому, к их бесславию, а даже с особенною подробностью повествуют о том, то почему бы можно было подозревать их тогда, когда они говорят о делах славных? Если они умалчивают о многих знамениях и чудесах Исуса, а между тем подробно повествуют о происшествиях, бывших при кресте, по видимому унизительных, и, не стыдясь, говорят о низких занятиях и бедном состоянии учеников, о предках Учителя, известных или по своим грехам, или по бедности, – то не очевидно ли, что они весьма уважали истину, и ничего не писали по пристрастию или из тщеславия? Призвав Матфея, Христос удостоил его великой чести, тогда же приобщившись его трапезы. Чрез это Он подал ему благую надежду на будущее время, и породил в нем большее упование. Не долговременным врачеванием, но вдруг исцелил болезнь души его. Впрочем, не с одним Матфеем возлежал Христос за столом, но и со многими другими. По-видимому, и это служило порицанием для Исуса, что Он не удалял от Себя грешников; но евангелисты и этого не скрывают, и говорят, что фарисеи осуждали Его за таковой поступок. К Матфею пришли многие мытари как к своему сотоварищу, потому что он, вменяя себе в честь посещение Христово, созвал всех их. Христос употреблял всякого рода и врачевания. Он избавлял многих от болезней душевных не только тогда, когда учил, или исцелял больных, или обличал врагов, но и тогда, когда возлежал за столом, научая нас чрез то, что всякое время и всякое дело может нам доставлять пользу. И хотя все, что предлагалось на этой трапезе, было собрано неправдою и хищением, тем не менее, Христос не отрекся быть ее участником; так как Его присутствие могло принести великую пользу, то Он согласился быть в одном доме и за одним столом с великими грешниками, хотя и навлек на Себя худую славу за то, что ел вместе с мытарем в доме мытаря и со многими мытарями. Такова ведь участь врача: если он не захочет переносить гнилого запаха от больных, то не может исцелить их от болезни. Смотри, как иудеи поносят Его за это: се Человек ядца и винопийца, мытарем друг и грешником (Мф. 11: 19). Да услышат это все, кто постом старается приобрести себе великую славу, и да помыслят, что Владыку нашего называли человеком, который любит есть и пить вино, и Он не стыдился этого, но все оставлял без внимания, чтобы исполнить Свое намерение, которое и совершил: мытарь переменился, и таким образом сделался лучшим. А чтобы тебе увериться, сколь великое значение имело для грешников соучастие Христа в их трапезе, послушай, что говорит Закхей, другой мытарь. Услышав от Христа слова: днесь в дому твоем подобает Ми быти (Лк. 19: 5), он в восторге сказал: пол имения моего дам нищим, и аще кого чим обидех, возвращу четверицею (ст. 8). Тогда Исус сказал ему: днесь спасение дому сему бысть (ст. 9). Таким образом, всеми способами можно наставлять других. Как же, скажешь ты, Павел повелевает: аще некий, брат именуемь, будет блудник, или лихоимец, с таковым ниже ясти (1 Кор. 5: 11)? Но, во-первых, из этих слов еще не видно, дает ли апостол такое наставление учителям, или одним братьям. Затем, мытари не принадлежали ни к числу совершенных, ни к числу братьев. Сверх того, Павел повелевает удаляться таких братьев, которые не хотят отстать от своих пороков, а мытари перестали делать зло и переменились. Но фарисеев ничто не вразумило; они укоряют учеников Исусовых, говоря: почто с мытари и грешники Учитель ваш яст? (Мф. 9: 11). В другом случае, когда им показалось, что ученики согрешали, фарисеи обращаются с укоризнами к самому Учителю, говоря: се ученицы Твои творят, егоже не достоит творити в субботу (Мф. 12: 2). Здесь же перед учениками клевещут на учителя. Все это они делали с худыми намерениями, желая отвлечь учеников от Учителя. Что же отвечает бесконечная Премудрость? Не требуют, говорит Она, здравии врача, но болящии (Мф. 9: 12). Смотри, как Господь из слов фарисеев выводит совершенно противное заключение. Они поставляли Ему в вину общение Его с мытарями; а Он, напротив, говорит, что не иметь общения с ними – дело недостойное Его и несообразное с Его человеколюбием, и что исправлять таких людей есть дело не только не заслуживающее никакой укоризны, напротив весьма важное, необходимое и достойное бесчисленных похвал. Потом, чтобы не подумали, что Господь порицает призываемых, называя их болящими, смотри, как Он опять смягчает слова Свои, когда в обличение фарисеев говорит: шедше научитеся, что есть, милости хощу, а не жертвы (ст. 13). Он сказал это для того, чтобы укорить их в незнании Писания, и употребил строгое слово не потому, будто бы Сам гневался на фарисеев, но чтобы вывести мытарей из сомнения. Он мог бы сказать: или вы не знаете, как Я отпустил грехи расслабленному? Как укрепил его тело? Но ничего такого Он не говорит, а сначала употребляет доказательство общее, а потом приводит слова Писания. Сказавши: не требуют здравии врача, но болящии, и таким образом, скрытно назвавши Себя врачом, присовокупил: шедше научитеся, что есть, милости хощу, а не жертвы (см.: Ос. 6: 6). Так поступает и апостол Павел. Употребив сперва общие доказательства в подтверждение своей мысли, и сказав: кто пасет стадо, и от млека его не яст (ср.: 1 Кор. 9: 7), он приводит потом и слова Писания, говоря: в законе бо Моисеове писано: да не заградиши устен вола молотяща (Втор. 25: 4); и еще: тако Господь повеле проповедающим благовестие от благовестия жити (1 Кор. 9: 14). Но учеников Своих Спаситель убеждает не так; Он напоминает им о Своих знамениях, говоря: не у ли помните пять хлебы пятим тысящам, и колико кош взясте? (Мф. 16: 9). А с фарисеями Христос поступает иначе; им напоминает Он об общей немощи, показывает, что и они сами немощны, потому что не знают Писания и, пренебрегая прочими добродетелями, все свое служение Богу ограничивают одними жертвами. На это-то преимущественно указывая, Спаситель в кратких словах заключает то, что говорили все пророки. Научитеся, говорит Он, что есть, милости хощу, а не жертве. Этими словами Он вразумляет их, что не Он поступает несправедливо, но они; как бы так говорил: за что вы обвиняете Меня? За то ли, что я исправляю грешников? Но в таком случае вы обвиняете в том же и Отца Моего. Итак, словами: шедше, научитеся, что есть, милости хощу, а не жертве, Он выражает ту же самую мысль, которая заключается и в других словах Его: Отец Мой доселе делает, и Аз делаю (Ин. 5: 17). Как Отец, говорит Он, хочет этого, так и Я. Видишь ли, как Он одно представляет излишним, а другое необходимым? Он не сказал: милости хочу и жертвы, но – милости хощу, а не жертве: одно одобрил, а другое отверг, и тем показал, что обращение с грешниками, за которое Его обвиняли, не только не воспрещено, но еще предписано законом, и даже предпочитается жертвам; и в доказательство этого приводит само место из Ветхого Завета, в котором предписывается делать то же, что делал Исус. Итак, опровергши фарисеев и общими доказательствами и свидетельством Писания, Он присовокупляет далее: не приидох призвати праведники, но грешники на покаяние. Эти слова Спаситель сказал в посмеяние фарисеев, подобно тому, как сказано: се Адам бысть яко един от нас (Быт. 3: 22); и в другом месте: аще взалчу, не реку тебе (Пс. 49: 12). А что на земле не было ни одного праведного, о том ясно свидетельствует Павел, говоря: вси бо согрешиша, и лишени суть славы Божией (Рим. 3: 23). С другой стороны, слова Христовы служили утешением и для призванных, – Он как бы так говорил: Я не только не гнушаюсь грешников, но для них одних и пришел. А чтобы не сделать их беспечными, для этого, сказав: не приидох призвати праведники, но грешники, не остановился на этих словах, но присовокупил: на покаяние, – то есть, Я пришел не для того, чтобы грешники остались грешниками, но чтобы они переменились и сделались лучшими.
Tags: Евангелие дня
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author