petrpavelhram (petrpavelhram) wrote,
petrpavelhram
petrpavelhram

Евангелие с толкованием (благовестное): от Иоанна 40 зачало

Автор: блаженный Феофилакт Болгарский

Собра́ша у́бо архiере́е и фарисе́е со́нмъ, и глаго́лаху, что́ сотвори́мъ? Я́ко Человѣ́къ Се́й мно́га зна́менiя твори́тъ; а́ще оста́вимъ Его́ та́ко, вси́ вѣ́руютъ въ Него́; и прiи́дутъ ри́мляне, и во́змутъ мѣ́сто и язы́къ на́шъ. Нужно было изумляться и удивляться Господу, когда Он творит такие чудеса; фарисеи, напротив, составляют совет, как погубить Его. Какое крайнее безумие! Того, Кто в телах прочих преодолевает смерть, думают предать смерти, чтобы сокрыть славу Его; и после стольких чудес считают Его простым человеком. Что, говорят, делать нам? Человѣ́къ Се́й мно́га зна́менiя твори́тъ (Этот Человек много чудес творит). И что за преступление, если Он творит чудеса? В таком случае должно веровать в Него, поклоняться Ему, а не считать уже простым человеком. Смотри, какая наглость у фарисеев! Стараясь возмутить народ, они пускают молву, что всем иудеям грозит опасность и погибель от римлян по подозрению в похищении верховной власти. Если, говорят, оставим Его, за Ним последует много народа, привлекаемого явлением чудес, и наконец римляне заподозрят всех нас в похищении верховной власти, возьмут наши города и разрушат. Так говорили они с лукавством. Чтобы не показалось, что они строят ковы Христу по зависти, они выставляют на вид общую опасность, возбуждая народ против Христа, как будущего виновника погибели их. Еди́нъ же нѣ́кто от­ ни́хъ Каiа́фа, архiере́й сы́и лѣ́ту тому́ (первосвященником будучи на тот год), рече́ и́мъ, вы́ не вѣ́сте ничесо́же ни помышля́ете, я́ко у́не (лучше) е́сть на́мъ, да еди́нъ Человѣ́къ у́мретъ зá люди, а не ве́сь язы́къ поги́бнетъ. Сего́ же о(т) себѣ́ не рече́, но архiере́й сы́и лѣ́ту тому́, прорече́, я́ко хотя́ше Iсу́съ у́мрети зá люди, и не то́кмо зá люди, но да и ча́да Бо́жiя расточе́ная собере́тъ во еди́но. От того́ у́бо дне́ совѣща́ша да убiю́тъ Его́. У иудеев, между прочим, было искажено и первосвященническое достоинство. Ибо с того времени, как начальственные должности стали покупными, первосвященники уже не всю свою жизнь священствовали, но только по году. Впрочем, и при таком растлении этого достоинства, Дух Святый еще действовал в помазанных. А когда они подняли руки и на Христа, тогда благодать совершенно оставила их и перешла на апостолов. Тогда как одни в виде мнения предлагали умертвить Христа, первосвященник был так кровожаден, что прямо с обнаженною головою и дерзко произносит приговор на Христа. Даже порицает прочих, что они не разумеют должного и не заботятся усмотреть полезное. Вы, говорит, не знаете ничего, не хотите понять и не подумаете, что лучше, чтобы один умер и спасся весь народ. Сказал он это с злобным помыслом. Ибо благодать Духа уста его употребила для предсказания о будущем, хотя и не коснулась скверного его сердца. Смотри, какая сила Духа! Она устроила так, что и из лукавого сердца произошли слова, заключающие чудное пророчество. Ибо, когда Христос умер, то все уверовавшие из народа избавились от великого и вечного наказания, и Он умер не за иудейский только народ, но чтобы собрать воедино и остальных чад Божиих, то есть язычников. Чадами Божиими называет язычников и называет их так или применительно к будущему, поколику они должны соделаться чадами Божиими, как и в ином месте говорит: и́ны о́вцы и́мамъ (Ин. 10, 16), называя их так применительно к будущему, или потому, что Он есть Отец всех, родивший нас образом творческим, и поколику почтил нас, создав по образу Своему и по подобию, как и апостол Павел, по сказанию книги Деяний (17, 29), в беседе к афинянам говорит: ро́дъ у́бо су́ще Бо́жiи (итак, мы, будучи род Божий). Итак, поелику человек есть живое существо высшее и богоподобное, то всякий называется чадом Божиим. Итак, нас рассеянных (ибо сатана многообразно отлучал людей друг от друга и от Бога, настроив каждого неистовствовать против ближнего своего по любви к богатству и славе) Христос привел воедино, собрав во единую Церковь и под единое иго и сделав одним телом ближних и дальних, чтобы находящийся в Риме считал своими членами жителей Индии и исповедывал Христа единою Главою всех. От того́ у́бо дне́ совѣща́ша да убiю́тъ Его́ Исуса. Это значит, что с того дня особенно и окончательно они утвердились в этом намерении. Об убийстве замышляли они и прежде сего, но слабо, и дело было скорее вопросом, чем решением, а теперь состоялся окончательный суд и решительный приговор. И прежде искали убить Его (см.: Ин. 5, 18), и Сам Он, обличая их говорил: что Мене ищете убити (Ин. 7, 19)? Примечай силу первосвященнического достоинства, как оно полно благодати Духа, хотя носящие оное и недостойны. И прошу тебя, почитай первосвященников по достоинству обитающей в них благодати, а не по их произволу. Не только Каиафа пророчествует, но и многие иные недостойные знали будущее, например, фараон об урожае и неурожае (см.: Быт. 45, 17‒32), Навуходоносор о царствах и Христе (см.: Дан. 2, 28‒45) и Валаам о Христе (см.: Чис. 24, 17). Да и не всяк, кто пророчествует, может быть назван пророком, но всякий пророк пророчествует. Подобно как не всякий, делающий что-нибудь врачебное, есть уже и врач, но кто делает врачебное по врачебному званию, тот может быть врачом. Подобно как и праведник не тот, кто делает что-нибудь справедливое, но тот, кто творит правду по сказанному: пра́веднѣ пра́ведное гони́те (ищите; Втор. 16, 20). Так пророчествует и Каиафа, но не в пророческом настроении Духа, а потому и не пророк. Iсу́съ же ктому́ не я́вѣ (явно) хожда́­ше во иуде́ехъ (между иудеями), но и́де от­ту́ду во страну́ бли́зъ пусты́ня, во Ефре́мъ нарица́емыи гра́дъ, и ту́ хожда́­ше со ученикы Сво­и́ми. Бѣ́ же бли́зъ па́сха иуде́йска, и взыдо́ша мно́зи во Иеросали́мъ от­ стра́нъ пре́жде па́схы да очи́стят­ся. Иска́ху у́бо Iсу́са, и глаго́лаху къ себѣ́ въ це́ркви стоя́ще, что́ мни́т­ся ва́мъ, я́ко не и́мать ли прiити́ въ пра́здникъ? Да́ша убо архiере́е и фарисе́е за́повѣдь, да а́ще кто́ ощути́тъ (узнает) Его́ гдѣ́ бу́детъ, повѣ́сть, я́ко да и́мутъ Eго́ (то объявил бы, дабы взять Его). От приговора иудеев Господь удаляется не из боязни, а чтобы научить нас не вдаваться самим в опасности, хотя бы и за благочестие, но, если будем захвачены, стоять мужественно, а если не будем взяты, добровольно не бросаться в опасность по причине неизвестности окончания дела. Смотри, как безрассудно намерение иудеев. Они и на время праздника не удерживаются от злобы убийства, но положили совершить убийство и восходят для очищения. Согрешившие волею или неволею не совершали пасхи, прежде чем очистятся по обычаю чрез омовение, пост, обрезание и принесение узаконенных жертв. А они, самые лучшие, творящие очищение, составляют совет против Господа и говорят: что́ мни́т­ся ва́мъ, я́ко не и́мать ли прiити́ въ пра́здникъ? (как вы думаете? не придет ли Он на праздник?), то есть Он непременно попадет в наши руки, и если не что иное, то самое время приведет Его в наши сети. Какая злоба! Тогда как и открытых преступников следовало для праздника освободить, они злоумышляют против невинного. И если бы только простецы это делали, их пристрастие показалось бы делом невежества, а то фарисеи дают приказание объявить о Нем и схватить Его. Итак, Господь прилично удаляется от них. Ибо слово Божие, возвещаемое пророками, прежде явно ходило между иудеями, а теперь уже нет, но удалилось в пустыню — церковь язычников, о которой сказано, яко мно́га ча́да пусты́я па́че, не́жели иму́щiя му́жа, то есть что у пустой детей гораздо более, чем у той, у которой есть муж (Ис. 54, 1). Близко находится Ефраим, — самая пустыня. Ефрем значит «плодоносие». Ефрем был младший брат; Манассия — старший. Манассия значит «забвение». Итак, иудейский народ был старшим сыном Божиим, ибо сказано, сынъ Мой первенецъ Израиль (Исх. 4, 22), но Бог забыл его; а Ефрема, то есть плодоносие из язычников, Господь сотворил вторым сыном. Итак, Слово, оставив Иудею вышло в пустыню Ефраим — церковь из язычников, оплодотворенную Евангелием. 
Tags: Евангелие дня
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author