petrpavelhram (petrpavelhram) wrote,
petrpavelhram
petrpavelhram

Евангелие с толкованием (благовестное): от Иоанна 30 зачало

Автор: блаженный Феофилакт Болгарский

Рече́ же и́мъ па́ки Ису́съ, Азъ иду́, и взы́щете Мене́, и во грѣсѣ́ ва́­шемъ у́мрете. Яможе Азъ иду́, вы́ не мо́жете прiити́. Глаго́лаху у́бо иуде́е, еда́ Ся́ Са́мъ убiе́тъ, я́ко глаго́летъ яможе Азъ иду́, вы́ не мо́жете прiити́? И рече́ и́мъ, вы́ от­ ни́жнихъ есте́, Азъ от­ вы́шнихъ е́смь, вы́ от­ мíра сего́ есте́, Азъ нѣ́смь от­ мíра сего́. Рѣ́хъ у́бо ва́мъ, я́ко у́мрете во грѣсѣ́хъ ва́шихъ; а́ще бо не и́мете вѣ́ры я́ко А́зъ е́смь, у́мрете во грѣсѣ́хъ ва́шихъ. Для чего так часто Он говорит им: Азъ иду́, и взы́щете Мене́ (Я отхожу, и будете искать Меня)? Для того, чтобы потрясти и устрашить души их. Ибо смотри, в какую они тотчас впали заботу. Они в недоумении говорят: еда́ Ся́ Са́мъ убiе́тъ (неужели Он убьет Сам Себя)? Хотя они желали избавиться от Него, просили Его удалиться от них и даже хотели убить Его, однакож настоящее обстоятельство представляют себе так важным, что пришли от него в недоумение. Азъ иду́ (Я отхожу). Часто говорит сие и для того, чтобы показать, что Он вперед знает о Своей смерти и что крест есть дело не их силы, но Его произволения. Азъ, говорит, иду́, не вы Меня ведете, но Я иду добровольно. Яможе Азъ иду́, вы́ не мо́жете прiити́ (куда Я иду, туда вы не можете придти). Сими словами показывает, что Он подлинно воскреснет в славе и сядет одесную Бога, а они умрут во грехах своих. Что же они говорят на это? Еда́ Ся́ Са́мъ убiе́тъ (неужели Он убьет Сам Себя)? Отвергая такое их предположение и показывая, что самоубийство есть дело преступное, Господь говорит: вы́ от­ ни́жнихъ есте́ (вы от нижних), и не можете помыслить ничего Божественного; потому вам естественно так думать; но Азъ нѣ́смь от­ мíра сего́ (Я не от сего мира), то есть не забочусь ни о чем мирском и земном, и потому никогда не могу дойти до такого безумия, чтобы убить Самого Себя. Ибо это дело бесовское, а не божеское. Здесь Аполлинарий, ухватившись за сие изречение, вслед за манихеями, говорит: видишь ли, тело Господа было не от сего мира, но свыше, с неба, как и Павел говорит, что вторыи Человек, Господь с небесе (1 Кор. 15, 47). Что же нужно сказать? Или нужно спросить его, как он понимает слова Господа к апостолам: от мíра нѣ́сте (вы не от мира; Ин. 15, 19) — ужели так, что и они имели тела с неба, а не от сей твари? Или Господь сказал это потому, что они не заботились о благах мира сего? Так нужно понимать и сии слова: Азъ нѣ́смь от­ мíра сего́ (Я не от сего мира), то есть Я не то, что вы, заботящиеся о мирском. Подобным образом и Павел говорит некоторым: вы же нѣ́сте вó плоти (вы не по плоти; Рим. 8, 9), говорит не потому, будто они бестелесны, но свидетельствует об их любомудрии и свободе от плотских страстей. Что же опять Господь говорит им? А́ще бо не и́мете вѣ́ры я́ко А́зъ е́смь, у́мрете во грѣсѣ́хъ ва́шихъ (если не уверуете в Меня, то умрете во грехах своих). Если Он пришел за тем, чтобы взять на Себя грех мiра (см.: Ин. 1, 29), а получить прощение грехов можно не иначе, как чрез крещение, креститься же невозможно, не уверовав прежде, то неверующий неизбежно умрет во грехе своем, ибо, не приняв крещения, он не совлекся ветхого человека. Посему и Господь в другом месте говорит, что неверующий уже осужден (см.: Ин. 3, 18), не потому только, что не уверовал, но и потому, что умирает с прежними грехами. Глаго́лаху же Ему́, Ты́ кто́ еси́? И рече́ и́мъ Ису́съ, Нача́токъ, я́ко и глаго́лю ва́мъ; мно́га и́мамъ о ва́съ глаго́лати и суди́ти, но Посла́выи Мя́ и́стиненъ е́сть, и Азъ я́же слы́шахъ от­ Него́, сiя́ глаго́лю въ мíрѣ. Не разумѣ́ша у́бо я́ко Отца́ и́мъ глаго́лаше (не поняли, что Он говорил им об Отце). Спустя столько времени, после того, как явлено столько чудес, они еще спрашивают Его: Ты́ кто́ еси́? Так они были неразумны, несправедливы и насмешливы. Господь говорит: «Я говорю вам то, что и в начале. Вы, говорит, недостойны всецело выслушать Мои речи, ни познать, кто Я; ибо вы все говорите с целию искусить, а не желаете внимать ничему из Моего учения. Я мог бы и обличить вас в этом, и не только обличить, но и наказать». Ибо на это Он намекает, когда говорит: мно́га и́мамъ о ва́съ глаго́лати и суди́ти (много имею говорить об вас и судить). Словом глаго́лати указывает на обличение, а словом суди́ти на осуждение и наказание. Но, говорит, Посла́выи Мя́ послал Меня не за тем, чтобы судить и обличать. Не посла бо Богъ Сына Своего в мiр, да судитъ мiрови, но да спастется Имъ мiръ (Ин. 3, 17). И как Отец Мой послал Меня спасать, а Он и́стиненъ е́сть; то Я по сему самому ныне никого не сужу, а только говорю то, что слышал от Отца Моего, то есть, что служит ко спасению, а не к обличению. Говорил же Он это для того, чтобы не подумали, что Он не наказывает их по Своему бессилию. Он показывает, что небезсилен Он, но не желает наказывать их, так как пришел не наказывать, а спасать. Когда Он говорил это, они были так неразумны, что не разумѣ́ша у́бо я́ко Отца́ и́мъ глаго́лаше (не поняли, что Он говорил им об Отце Своем). Как часто и много говорил Он уже им об Отце! Но поистине омрачися неразумное (несмысленное) ихъ сердце (Рим. 1, 21). Некоторые же так понимают сии слова: Посла́выи Мя́ и́стиненъ е́сть — Я мог бы и ныне судить вас, но оставляю это до будущего века. А вы не веруете и не обращаете внимания на время воздаяния. Но если вы и не веруете, то истинен Отец Мой, который и назначил день для воздаяния вам, и Меня послал возвестить об этом и открыть миру Его правду и силу. Рече́ же и́мъ Ису́съ, егда́ воз­несе́те Сы́на Человѣ́ческаго, тогда́ уразумѣ́ете, я́ко Азъ е́смь, и о Себѣ́ ничесо́же творю́, но я́ко же научи́ мя Оте́цъ Мо́й сiя́ глаго́лю; и Посла́выи Мя́ со Мно́ю е́сть. Не оста́ви Мене́ еди́ного Оте́цъ, я́ко Азъ уго́дная Ему́ всегда́ творю́. Много чудес совершил Исус, и однако ж не привлек иудеев к Себе. Теперь говорит им о кресте. Вы, говорит, думаете, что когда распнете Меня, будете свободны от всякой заботы и избавитесь от Меня. А Я говорю, что вы узнаете, что это Я, то есть Христос, Сын Божий, все носящий и держащий (нося́ же вся́ческая глаго́ломъ, то есть держа всё словом си́лы Сво­ея́; Евр. 1, 3), и что Я не противник отцу, не действую и не говорю Сам от Себя, ибо не имею собственной воли, отличной от воли Отца. Как же они узнают Его на кресте? Из знамений того времени, из воскресения Его и пленения их. Ибо все это могло обнаружить Его силу. Итак, когда распнете Меня, вы узнаете то и другое, и силу Мою, и единомыслие Мое с Отцом. Ибо Отец не предал бы вашего города римлянам в отмщение за Меня и не совершил бы знамений на кресте, если бы Я не был Сыном Его и единомысленным, а не противным Богу. Тогда узнаете, что чему Я ни учу и что ни говорю, это от Него, несомненно Божественно и не Мое, но Пославшего Меня. Потом, дабы не подумали, что послание и посольство означает подчиненность, говорит, что Отец Мой со Мною. Хотя Он и послал Меня, как Человека, но Я неразлучен с Ним, а Он со Мною, как Бог с Богом. За сим, опять нисходит к уничиженной речи и говорит: не оста́ви Мене́ еди́ного (и не оставил Меня одного), потому что Я делаю угодное Ему. Так смиренно говорит Он для иудеев. Они говорили, что Он не от Бога, потому что не хранит субботу. А Он говорит: Азъ уго́дная Ему́… творю́ (Я делаю угодное Ему), так что, если и субботу нарушаю, то делаю угодное Ему. Впрочем, такою уничиженною речью Он нисколько не вредил Своей славе, но слушателям приносил пользу, да и Свою славу чрез это упрочивал. Ибо слушатели, слыша, что Он все относит к Отцу, охотнее прилагались к Нему и веровали в Него, так что смирение более возвышало Его. Видишь ли достоинство блаженного смирения? А что это так, слушай далее. Сѝ Ему́ глаго́лющу (когда Он говорил это), мно́зи вѣ́роваша (многие уверовали) въ Него́. Я сказал, что слушатели смиренными речами более увлекались. На это намекает и евангелист. Сѝ Ему́ глаго́лющу (когда Он говорил это), замечает он, то мно́зи вѣ́роваша (многие уверовали); говорил си (это), то есть речи смиренные и как бы недостойные Его славы. Посему, когда слышишь, что Он говорит о Самом Себе нечто малое и несовершенное, ни в каком случае не смущайся, ибо Он говорит это для слушателей, которые не могут понять что-нибудь высшее и тотчас приходят в ярость. Чего бы не случилось с ними, не могущими постигнуть глубины богословского таинства, когда высота Его славы осталась непостижимою и для христиан, познавших Его силу и спасенных Им? Когда слышишь, что многие уверовали, понимай так, что уверовали просто и как случилось, а не как должно было, уверовали потому, что им понравилось смирение в речах.
Tags: Евангелие дня
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author