petrpavelhram (petrpavelhram) wrote,
petrpavelhram
petrpavelhram

Categories:

Евангелие с толкованием (благовестное): от Иоанна 25 зачало

Автор: блаженный Феофилакт Болгарский

И хожда́­ше Ису́съ по си́хъ въ Галиле́и, не хотя́ше бо во Иуде́и ходи́ти, я́ко иска́ху Его́ иуде́е уби́ти. Бѣ́ же бли́зъ пра́здникъ иуде́йскыи, потче́нiе сѣ́ни. Рѣ́ша у́бо къ Нему́ бра́тiя Его́, преиди́ от­сю́ду, и иди́ во Иуде́ю, да и ученицы́ Твои́ ви́дятъ дѣ́ла Твоя́ я́же твори́ши. Никто́же бо въ та́йнѣ ничесóже твори́тъ, и и́щетъ са́мъ я́вѣ бы́ти, а́ще сѝ твори́ши, яви́ Себе́ мíрови. Ни бра́тiя бо Его́ вѣ́роваху въ Него́. Исус удаляется от убийц — иудеев не потому, будто боится смерти, ибо Ему можно было и посреди их ходить и не потерпеть ничего, но потому, что если бы Он всегда так поступал, то не поверили бы, что Он был Человек, но почли бы за призрак. Посему теперь Он удаляется и таким образом подтверждает и удостоверяет, что Он Человек, и поражает всех, которые говорят, что Он воплотился призрачно, как то: Манеса, Маркиона, Василида и подобных. В других же случаях, когда Он находится среди убийц, злоумышляющих на Него, и остается невредимым, Он показывает, что Он Бог, и постыждает Павла Самосатского, и всех уверяет, что Он был не просто Человек, но и Бог. Теперь Он уходит в Галилею. Так как не наступило еще время страдать, то напрасно и излишне было обращаться Ему среди врагов Своих и тем подавать повод к усилению из злобы. Бѣ́ (было), говорит, потче́нiе сѣ́ни (поставление кущей). О праздниках, совершаемых иудеями, нужно заметить следующее. Их было три: один — праздник пасхи, который они совершали в память выхода из Египта, и он у них был первый (главный). Другой праздник — пятидесятница, которую они совершали в память избавления от бедствий в пустыне и вступления в землю обетованную. Тогда они в первый раз вкусили хлебных плодов, почему и в праздник сей приносили колосья, как начатки. Третий праздник — поставление кущей, который они совершали в благодарность за собрание плодов, по римскому счету в сентябре месяце. Тогда они благодарили Господа за то, что собрали все плоды. Почему и устрояли скинии или палатки и веселились, как бы живя на поле. Некоторые говорят, что и некоторые псалмы Давыдовы (80 и 83), имеющие надпись: о точилѣ́хъ, составлены Давыдом именно на сей праздник. Тогда они наполняли свои виноградные тиски, собирая виноград, и, благодаря за оный, употребляли эти псалмы и другие, служащие выражением благодарности, например, восьмой псалом. Ибо и в нем пророк упоминает о благах, дарованных человеку Богом. Праздники сии имели и другое значение. Пасха означала наш переход от неверия к вере, Пятидесятница — вступление в Церковь, как бы в иную землю обетованную, в которой мы также вкушаем хлеб, причащаясь Божественных Таин. Мы не тотчас вкушаем хлеба, как уверуем и перейдем от неверия, но должны прежде креститься и удостоиться стояния в церкви вместе с крещенными, и тогда уже причаститься хлеба. Поставление кущей означало воскресение, когда соберутся все плоды наших дел, а хижины наши (тела), разрушенные смертию, снова восстанут. Есть и иные возвышенные стороны у сих праздников, но не время теперь высказывать их. Ибо мы всегда выбираем то, что полезнее для многих. Итак, когда приближался иудейский праздник, называемый поставление кущей, и братья Исуса видели, что Он не собирается на праздник, они с завистью говорят Ему: выйди отсюда и пойди туда, да и ученицы́ Твои́ ви́дятъ дѣ́ла Твоя́ (чтобы дела Твои видели и ученики Твои), то есть народ, следующий за Тобой; ибо говорят не о двенадцати, но о других Его последователях. Братья Его, то есть дети Иосифа, обвиняют Его в двух расположениях, в боязни и славолюбии. Посему и говорят: никто́же бо въ та́йнѣ ничесóже твори́тъ (никто не делает чего-либо в тайне) — это знак боязни, и и́щетъ са́мъ я́вѣ бы́ти (быть известным) — это знак славолюбия. Если, говорят, Ты творишь такие дела, то яви Себя миру. Сим они как бы так говорят: мы не в добрую сторону понимаем поведение Твое. Ибо если Ты творишь такие дела, как добрые, то яви Себя, если же Ты скрываешься, очевидно, скрываешься потому, что делаешь худое. Для чего евангелист из пятимесячной деятельности ни о чем другом не рассказал, кроме чуда над хлебами и беседы Господа к насыщенным, но неблагодарным, и, опустив прочее, сказал: Бѣ́ же бли́зъ пра́здникъ иуде́йскыи, потче́нiе сѣ́ни (приближался праздник иудейский, поставление кущей)? А что он умолчал о делах, совершенных в течение пяти месяцев, видно из следующего. Когда Исус совершил чудо над хлебами, тогда была пасха, которая совершалась в месяце, называемом у римлян мартом, а у иудеев — первым месяцем. Теперь же — поставление кущей, которое совершается по-нашему в сентябре. Почему же евангелист так поступил? Потому, что говорить обо всем по порядку было невозможно. И иначе: евангелисты старались говорить о том, из-за чего со стороны иудеев выходило какое-либо порицание или противоречие. Любовь их к истине достойна удивления. Они не стыдятся говорить о том, что, по-видимому, навлекает на Учителя их некоторое бесславие. Так и сей евангелист, опустив многие чудеса и речи Господа, повествует о неверии братьев и о том, что они порицали Его. Откуда же в них такое неверие? От произвола и зависти. Впрочем, смотри. До распятия хотя они и видят Его в славе и творящим чудеса, так не веруют в Него, но после распятия и мнимого бесславия свидетельствуют за Него, став апостолами, проповедниками и архиереями. Значит, они непререкаемо увидели Его воскресшим. Ибо если бы они не получили твердой уверенности в Его воскресении, они не предали бы себя на смерть ради Его. Глаго́ла у́бо и́мъ Ису́съ, вре́мя Мое́ не у́ прiи́де, вре́мя же ва́­ше всегда́ гото́во е́сть. Не мо́жетъ мíръ ненави́дѣти ва́съ, Мене́ же ненави́дитъ, я́ко Азъ свидѣ́тельст­вую о не́мъ я́ко дѣ́ла его́ зла́ су́ть. Вы́ взы́дите въ пра́здникъ се́й, Азъ не взы́ду въ пра́здникъ се́й, я́ко вре́мя Мое́ не у́ испо́лнися. Братья, завидуя Господу, обвиняют Его в боязни и тщеславии. Что же Он говорит им? Не отвечает ли им сурово? Нет, а кротко. Он не сказал: кто вы, чтобы давать Мне такой совет и учить? Но что говорит? Не настало еще Мое время, то есть время страдания и смерти. А для вас всегда время. Вы, говорит, хотя всегда пребудете с иудеями, они не умертвят вас, как имеющих одинаковые с ними стремления, а Меня, как увидят, что пришел на праздник, тотчас решатся убить. Или это можно и иначе понимать. Тот, кто ублажает плачущих в настоящем веке (см.: Мф. 5, 4), и теперь говорит подобное, что может случиться и со всеми святыми. Для Меня, говорит, еще не наступило время праздника, так как Я вижу, что в иудеях живет всякая злоба. Ибо время плача и скорби тогда, как истина изгнана и воля Божия не преобладает. Посему-то для Меня еще не праздничное время. А для вас, живущих согласно с иудеями и привязанных к миру, свойственно и праздновать вместе с подобными вам. И мiръ, то есть заботящиеся о мiрском, не мо́жетъ ненави́дѣти ва́съ, как одинаковых с собою. Мене́ же ненави́дитъ, потому что Я обличаю дела его. Ибо обличение, весьма смелое, всегда порождает ненависть. Итак, братьев посылает на праздник, показывая, что не принуждает оставаться с Ним, если не хотят. Смотри же. На двоякое обвинение, возносимое на Него, в боязни и славолюбии, делает и двоякое оправдание. Против обвинения в боязни, говорит, что Я обличаю дела мiра, то есть тех, кои заботятся о мiрском. А Я не обличал бы, если бы был боязлив, как вы думаете. Вопреки обвинению в славолюбии, не принуждает их оставаться при Себе. А если бы Он был виновен в славолюбии, не отослал бы их. Ибо славолюбивые и горделивые стараются, напротив, иметь многих последователей. Две вины приписывали Ему; естественно, два оправдания и противопоставил Он, показывая, что мнение их слабо. Слова: вре́мя Мое́ не у́ испо́лнися (еще не исполнилось) означают, что еще не время быть распятым и умереть. Мне нужно еще жить во плоти и сотворить больше чудес, и высказать больше учения для того, чтобы больше народа приготовить к вере и учеников более утвердить чрез явление больших чудес и чрез учение. Итак, говорит, еще не настало время смерти, чтобы Мне предавать Себя враждующим на Меня; потому Я и не пойду на праздник. Сiя́ ре́къ и́мъ, оста́ въ Галиле́и. Егда́ же взыдо́ша бра́тiя Его́ въ пра́здникъ, тогда́ и Са́мъ взы́де, не я́вѣ, но я́ко та́й. Для чего это сказал Он братьям, что не пойду Я на праздник, а потом идет? Он не просто сказал, что не пойду, но «теперь не пойду», то есть с вами. В начале Он отказывался идти, потому что иудеи пылали яростью, а потом отправляется, к окончанию праздника, когда естественно и ярость их ослабла. И иначе. Он поступил не вопреки Своих слов. Ибо Он взошел не праздновать, но учить, и не с пышностию, как обыкновенно делают панегиристы, но тайно. Укрывается Он для того, чтобы подтвердить Свое человечество. Ибо если бы Он явился, они возъярились бы на Него с намерением убить Его. Он же не допустил бы им сделать это, так как не наступило еще время страдания, но, будучи среди их, избег бы страдания и показался бы воплотившимся призрачно. Посему, как Человек, Он избегает и удаляется, устрояя Свое. Жи́дове же иска́ху Eго́ въ пра́здникъ, и глаго́лаху, гдѣ́ е́сть О́нъ? И ро́потъ мно́гъ бѣ́ о Не́мъ въ наро́дѣхъ, о́вiи глаго́лаху, я́ко бла́гъ е́сть, ині́и же глаго́лаху, ни́, но льсти́тъ наро́ды. Ни кото́рыи же у́бо я́вѣ глаго́лаше о Не́мъ, стра́ха ра́ди иуде́йскаго. Иудеи от сильной ненависти не упоминают о имени Его. Не говорят: где Исус, но: гдѣ́ е́сть О́нъ? Так они ненавидели и одно только имя Его. Примечай, пожалуй, их склонность к убийству. Они не уважают времени праздника, но хотят Его уловить на оном. Посему-то и ищут. Так они хранили благоговение и уважение к праздникам! Так правы были их дела! В народе был спор об Нем, потому что мнения об Нем были различны. Начальники говорили, что Он льсти́тъ наро́ды (обольщает народ), а народ говорил, я́ко бла́гъ е́сть (что Он добр). Называвшие Его добрым были из среды народа. Справедливость сего видна из слова евангелиста: ни кото́рыи же у́бо я́вѣ глаго́лаше о Не́мъ, стра́ха ра́ди иуде́йскаго (никто не смел говорить о Нем явно, боясь иудеев). Очевидно, не смеющие говорить о Нем были из народа и молчали, боясь начальников иудейских. Слова льсти́тъ наро́ды (обольщает народ) показывают, что клевещущие на Него суть из начальников. Ибо если бы они были из народа, они сказали бы, что Он нас обольщает. Но говорящие, что Он обольщает народ, показывают, что они не из народа, а из начальников. Смотри, пожалуй. Начальство везде неоткровенно, а подначальные остаются прямыми, но, не имея твердой воли и будучи еще несовершенны, они несмелы.
Tags: Евангелие дня
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author