?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Автор: блаженный Феофилакт Болгарский

Ами́нь, ами́нь глагóлю вáмъ, я́ко слýшаяи словесé Мо­егó и вѣ́руяи Послáв­шему Мя́, и́мать живóтъ вѣ́чныи, и на сýдъ не прiи́детъ, но преи́детъ от­ смéрти въ живóтъ. Сказал Пославшему для того, чтобы они не ожесточились, как мы выше сказали. Ибо Он, как сказано, чудно соединяет учение: иногда дает о Себе свидетельство высокое, как и следовало, иногда смиренное, из-за беснования враждебных иудеев. Ибо если, после воскресения Его из мертвых, после вознесения на небеса, после обнаружения силы Его чрез апостолов, Арий и Евномий восстали против Его славы и низвели Его в тварь, то современные Ему иудеи, видя Его ходящим во плоти, ядущего и пиющего с мытарями и блудницами, как одного из многих, чего бы не сделали, если бы Он говорил о Себе одно высокое, а не присоединял и уничиженного? Посему и прибавляет: слýшаяи словесé Мо­егó и вѣ́руяи Послáв­шему Мя́, и́мать живóтъ вѣ́чныи (слушающий слова Мои и верующий Пославшему Меня имеет жизнь вечную). Таким образом, тем, что слушающие слова Его будут веровать Богу, успокаивает их умы. Ибо не сказал «верующий Мне», но Пославшему Мя. Верующий в Него не приходит на суд, то есть в муку, но живет вечною жизнью, не подлежа смерти душевной и вечной, хотя смерти телесной и временной и не избегнет. Ами́нь, ами́нь глагóлю вáмъ, я́ко грядéтъ чáсъ, и ны́нѣ éсть, егдá мéртвiи услы́шатъ глáсъ Сы́на Бóжiя, и услы́шав­ше оживýтъ. Выше сказал, что кто не чтит Сына, тот не чтит Отца, и возвестил о Себе нечто высокое. Чтобы слова Его не приняли за напыщенность и пустую надменность, Он представляет и подтверждение от дел. Говорит: грядéтъ чáсъ. Потом, чтобы не подумали о времени далеком, говорит: и ны́нѣ éсть, егдá мéртвiи услы́шатъ глáсъ Сы́на, то есть Меня, ныне живущего с вами. Говорит это об мертвых, которых Он имел воскресить, как-то: о сыне вдовы, о дочери начальника синагоги и о Лазаре. Я́коже бо Отéцъ и́мать живóтъ въ Себѣ́, тáко дáстъ и Сы́нови живóтъ имѣ́ти въ Себѣ́. Потом присовокупляет и умственное доказательство своих слов. Якоже, говорит, Отéцъ и́мать живóтъ въ Себѣ́, тáко дáстъ и Сы́нови живóтъ имѣ́ти въ Себѣ́, чтобы Он слушающих Его голоса оживлял. И о́бласть дáстъ Емý и сýдъ твори́ти, я́ко Сы́нъ Человѣ́чь éсть. И дал Ему власть не только оживлять, но и суд производить, то есть наказывать и предавать мукам. Часто вставляет речь о суде для того, чтобы слушателей привлечь к Себе. Ибо кто убежден, что он воскреснет и должен будет дать Ему отчет в преступлениях, тот, без сомнения, поспешит к Нему, чтобы умилостивить Его, как будущего своего Судью. «Не удивляйтесь, что Он Сын Человеческий». Хотя Он ― Сын Человеческий, но вместе и Бог. Посему справедливо имеет власть суда как Сын Божий. Хотя Он, по-видимому, и человек, но вы не удивляйтесь. Нужно знать, что Павел Самосатский, выдавая Господа за простого человека, читал сие место так: «и дал Ему власть производить и суд, потому что Он есть сын человеческий». Здесь ставя знак, он читал с иного начала: не дивитеся сему. Такое чтение совершенно неразумно. Ибо Отец дал суд Сыну не потому, что Он есть Сын Человеческий, но потому, что Он – Бог. А он, не терпя называть Христа Богом, но, называя Сыном Человеческим, понимал так, что Он судья не как Бог, но как сын человеческий. Мы же понимаем так, как сказано. Не диви́теся семý, я́ко грядéтъ чáсъ, въ óньже вси́ сýщiи во гробѣ́хъ услы́шатъ глáсъ Сы́на Бóжiя. Сказав о частном воскресении, то есть Лазаря и других, которые прежде умерли, теперь говорит о всеобщем воскресении: грядéтъ чáсъ, въ óньже вси́ сýщiи во гробѣ́хъ услы́шатъ глáсъ Бога. Здесь говорит о всеобщем воскресении. И изы́дутъ сотвóршiи благáя, въ воскрешéнiе животу, а сотвóршiи злáя, въ воскрешéнiе суду. Поелику выше сказал, что верующий не приходит на суд, то, дабы мы не подумали, что одной только веры достаточно для спасения, говорит, что сотвóршiи злáя, въ воскрешéнiе суду, а сотвóршiи благáя, въ воскрешéнiе животу изы́дутъ. Значит, оправдывает не одна вера без дел, но нужно иметь и дела; ибо тогда только и вера бывает истинна. Смотри, как учение растворено страхом и милостью. Ибо мысль, что делавшие зло будут осуждены, устрашает, а что творившие добро воскреснут в жизнь, побуждает милостью. Не могý Áзъ о Себѣ́ твори́ти ничесóже. Я́коже слы́шу, суждý, и сýдъ Мóй прáведенъ éсть, я́ко не ищý вóли Мо­ея́, но вóли послáв­шаго Мя́ Отцá. Слова сии: Не могý Áзъ о Себѣ́ твори́ти ничесóже и им подобные, как и выше сказано, указывают на равенство Сына с Отцом. Я не могу творить ничего нового и чуждого от Отца; ибо Я не имею ни воли, ни силы, отличной от Отчей. Я́коже слы́шу от Отца, так и сужду, то есть, как Сам Отец судит, так и Я. Говорит сие, как мы часто говорили, для того, чтобы показать безразличие и в делах, и в словах, и в судах. Дабы некоторые, видя Его Человеком, не соблазнились, как видимый Человек может производить праведный суд, тогда как, по словам Давыда, всякъ человекъ ложь (Пс. 115, 2), то Он вперед сказал: «Не удивляйтесь тому, что Я ― Сын Человеческий». И теперь говорит: Сýдъ Мóй прáведенъ éсть, потому что Я сужу так, как слышу от Отца Моего, судящего. Я́ко не ищý вóли Мо­ея́, но вóли послáв­шаго Мя́ Отцá. Кто желает утвердить свою волю, тот может быть заподозрен в нарушении правды, а кто не имеет в виду себя, тот какой будет иметь предлог произносить суд неправедный? А Я не ищу воли Моей; ибо Своей воли Я и не имею, но, чего хочет Отец, того и Я желаю.