?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry



Автор: протоиерей Андрей Ткачев

Быстро пролетели первые особенные святые дни, так же быстро пролетит и весь великий пост. И жизнь наша пролетит также быстро, в конце которой мы будем встречаться с Господом Иисусом Христом, к которому заранее сегодня предпосылаем наши мысли и говорим: «Да не буду стяжания, ни брашно чуждему; Спасе, Сам мя ущедри». Сегодня это повторялось неоднократно. Стяжание ― это собственность, брашно ― это еда. То есть, да не буду собственностью и едой (я бы сказал ― жратвой, потому что враг не съедает, а пожирает) чуждого, то есть, врага; Спасе, Сам мя ущедри. Если ты в чужих руках, тебя там сожрут. Уже бы сожрали, уже мы были бы разорваны в клочья, если бы Господь не хранил нас. Это становится понятным, когда человек начинает вести более или менее осмысленную духовную жизнь. А сегодня на прощание в четвертый день канона, я хотел бы сказать вам о том, что человек – это музыкальный инструмент. Вот только что мы слышали псалом, где поются красивейшие слова: «Господи сил, с нами буди, иного бо разве Тебе помощника в скорбех не имамы: Господи сил, помилуй нас». Господь Сил, по-русски говоря ― это Господь Саваоф. Это Бог, идущий во главе Великого войска. За Ним следует Михаил и другие Архангелы и Он воюет с врагами своими. «Господи сил, с нами буди, иного бо разве Тебе помощника в скорбех не имамы». У Достоевского в дневниках есть трогательные слова о том, что в этих великопостных песнопениях содержится все христианское вероучение. Оно и в молитве Ефрема Сирина, и во всех этих песнях. Если народ наш и был столетиями темным и неученым, то Великий пост научил наших людей сути христианской жизни. Потому, что в большинстве случаев ни на кого больше надеяться не было человеку и народу, и люди от сердца вопили к Небу: «Господи сил, с нами буди, иного бо разве Тебе помощника в скорбех не имамы». Это и сегодня сохраняется. Но там поется, предваряя эти стихи с просьбой к Богу Сил о помощи, «Хвалите Бога во псалтири и гуслях…, хвалите Его во струнах и органе. Хвалите Его в кимвалех доброгласных, хвалите Его в кимвалех восклицания». Перечисляется целый ряд музыкальных орудий, которые использовались в древности, используются и сейчас. В принципе, музыкальные орудия разделялись на несколько таких очень простых разделов. Есть ударные инструменты – барабан, например, или колокол. Колокол ― это ударный музыкальный инструмент. При помощи удара извлекается некое благозвучие и люди наслаждаются этим звуком. В еврейском варианте ― это кимвал. Это такие железные штуки, такие бряцалки, которые звенели и бряцали. Если вы были на Богослужениии на Востоке, то заметили, что и сейчас, например, у коптов, у других разных конфессий есть специальные звоночки, треугольнички такие, которые украшают Богослужение мелодичным звоном таких подручных инструментов. Они небольшие. В нужное время с кармана достал и позвонил. Это ударные. Потом есть инструменты духовые. Там, где человек при помощи легких выдувает некий звук. Или, если берем орган, то легкие заменяются мехами. В них нагнетают воздух, и он с большой силой вырывается сквозь прорези и создает некое благозвучие в искусных руках. Самые простые духовые инструменты – флейта, дудка пастушья, труба. У еврейских священников были серебряные трубы. Это серьезная вещь. Когда они дули в эти трубы, то упали стены Иерихона. Это не было простой забавой дудеть в дудку. Это не был пионерский горн. Они однажды разрушили величайшую крепость при помощи дутья в трубу, когда Бог приказал. И в Священном Писании у апостола Павла в послании к фессалоникийцам говориться, что Второе Пришествие будет при гласе труб. Во гласе трубном Господь с небес сойдет и мертвые воскреснут. То есть, некие ангельские трубы будут трубить в последний, страшный день Великого Суда. Т. е., звук трубы ― вещь особенная. В воинских подразделениях, собственно, есть и барабаны, и есть труба. Она будит, созывает на построение. Кто знает военную историю, то скажет, что горнист в армии также нужен, как сегодня связист. Вот вам ударные ― кимвалы, барабаны. Вот вам духовые – труба, дудка, флейта. И Давид в дудку дул, когда пас своих овец. Ну и на конец, струнные инструменты. Это могут быть гусли, гитара, балалайка, в нашей культуре и традиции. А у евреев был псалтерион, или маленькая ручная арфа. Вот вам три вещи: струнные, ударные и духовые. Это все перечисляется, когда говориться: «Воспойте Господеви песнь нову, воспойте Господеви вся земля, Пойте Богу гласом трубы роженной, пойте Богу во псалтири и гуслях». Это такой ветхозаветный призыв. Что это значит по отношению к нам? Почему у нас на службах, кроме колоколов больше нет никаких инструментов. Гитар, органов, барабанов нет; в бубны мы не бьем, в барабаны не стучим. Почему? Потому, что человек, сам по себе, так создан, что в нем органически сочетаются все три вида музыкальных инструментов. В человеке есть струны – наши голосовые связки, которые могут быть тренированными или не тренированными, которые могут быстро уставать, или долго петь, которые на старость дребезжат и ослабевают. То есть, когда мы говорим ― мы играем на струнах. Высота голоса, тембр зависят от толщины голосовых связок. Человек может быть тонким, как спичка, но обладать мощным басом. Может быть упитанным, но иметь высочайший тенор. Человек – это струнный инструмент. Кроме того, человек ― это ударный инструмент, потому что у нас есть язык. Как язык в колоколе, так и язык во рту. Он постоянно бьется о небо, зубы, губы и создает ударные движения, благодаря которым мы осмысленно говорим и передаем друг другу осмысленные речевые знаки. При помощи воздушной среды, от нашего ума через аппарат речи, мы таким образом общаемся. Под водой мы разговаривать не можем, в безвоздушном пространстве тоже, а вот в воздухе, мы можем говорить осмысленно. И конечно, у нас есть духовой инструмент ― наши легкие и наша трахея, все воздухоходные пути. У нас есть глотательное горло и дыхательное. Глотательное не поет, оно только жует и глотает. А вот дыхательное, оно принимает и отдает воздух. Сжимая и разжимая легкие, человек выдувает из себя осознанные звуки, звуки радости, негодования, восторга. Получается, что человек ― и труба, и гитара, и колокол, и барабан, и все, что угодно.