?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Автор: священник Стефан Домусчи

Так сложилась наша церковная жизнь, что люди приходящие в храмы очень часто уверены, что они вполне нормальные христиане. Может быть не самые лучшие, но их духовное состояние, что называется, вполне терпимо. В свою очередь, это создает неверные представления о христианстве в нецерковной среде. Возникает впечатление, что быть христианином — это не сложно, так как это значит просто быть нормальным, порядочным человеком. Зачем что-то еще, ведь всем хватает и этого? Каково же бывает удивление того, кто решает воцерковиться, когда он узнает, что христианство не сводится ни к порядочному поведению, ни тем более к тому, чтобы приходить и ставить свечи… Хотя, как, наверное, было бы удобно. Ты приходишь в храм и находишь там полную гармонию с тем, что уже есть в твоей жизни. То, что ты себе позволил, считается допустимым, в то время как то, что ты себе запретил, всеми считается совершенно недопустимым. Мы стремимся к богатству и процветанию, и, приходя в храм, слышим, что чем богаче человек — тем больше он любим Богом. Как бы нам понравилось то, что импонировало бы нашим страстям. И все же, в глубине души, мы чувствуем, что это привело бы нас к неминуемой, хотя, может быть, и постепенной деградации. В сегодняшнем чтении мы слышим рассказ о человеке, который буквально подбегает ко Христу и падает перед Ним на колени, и молит Его о том, чтобы Он указал ему путь достижения вечной жизни. Стоит помнить, что этот, самый важный вопрос в жизни любого человека, юноша задает не спроста. Его диалогу со Христом предшествуют слова Христа о том, что чтобы попасть в Царствие Небесное, необходимо принять его как дитя. Это было чем-то очень необычным, потому что люди того времени расставляли акценты совершенно иначе. И спасение, и погибель выражались в обычной жизни человека. Праведник должен был быть успешен, грешник наказывался. Слова Христа выводили эти рассуждения на какую-то иную глубину, неведомую прежней традиции. И вот этот человек, по одному из Евангельских рассказов еще юный, и по всей видимости очень искренний, может быть, желая уточнить, что именно имел ввиду Христос, а, может быть, и искренне выбирая для себя иной путь, обращается к Нему отдельно. Однако, ответ Христа, довольно строг и сразу настраивает на решительный лад. Благ Бог, называя меня благим, видишь ли ты во мне Бога и готов ли воспринять мои слова, как слова Божии? Впрочем, понимая, что юноша не ответит растерявшись, Он продолжает: знаешь заповеди… Моисей дал их именно для того, чтобы спастись. Но подошедший понимает, что перед ним Тот, кто на самом деле больше Моисея и Он зовет к чему-то большему, чем соблюдение заповедей. В своей искренности он говорит, что соблюл тот закон. Звучит это очень наивно, хотя он действительно мог быть праведником… И Христос порадовался его чистосердечию, его желанию спасения. Одного тебе недостает: если хочешь быть совершенным, раздай все и иди за мной. И человек, живший праведной и одновременно комфортной жизнью не может с этим комфортом расстаться. Какова в таком случае цена его праведности? Ведь дело было не в том, что любой ученик Христа должен все раздать. Например, Закхей, тот самый, что залез на дерево, чтобы получше рассмотреть Христа, всего имения не раздавал, но Господь сказал, что спасение уже пришло в его дом. Дело не в том, чтобы остаться без копейки в кармане, но в том, чтобы ради совершенства быть готовым на жертву. И именно к жертве он оказался неспособен, так как хотел прийти к совершенству удобным путем. Если мы попробуем по-настоящему услышать Христа, мы ужаснемся не меньше апостолов, потому что вся наша жизнь направлена на получение комфорта: физического или психологического. Но на что же мы готовы ради Бога? Отказаться от скоромной еды чуть больше чем на месяц? Подать нищему у храма? Тратить на молитву двадцать минут в день? Не делаем ли мы и этого из стремления к комфорту? Пусть и душевному… И можно ли такими мерами изменить мир? К чему собственно и призваны истинные ученики. И вот этому своему бессилию и ужаснулись апостолы. Но оказалось, что невозможное человеку возможно Богу…