petrpavelhram (petrpavelhram) wrote,
petrpavelhram
petrpavelhram

Category:

Вознесение господа Бога и Спасителя нашего Исуса Христа

Автор: митрополит Вениамин Федченков

БЕЗ ПОДГОТОВКИ. Лишь только мы отдали праздник Пасхи, как тотчас же, почти без подготовки, мгновенно явился другой светоносный праздник — Вознесения Господня… Душа почти еще не успела остыть от радостного хваления Воскресения, как уже нужно прославлять Возносящегося… ЕЩЁ ВЧЕРА ― РАДОСТЬ. Единственно, что о нем заранее напоминало, это Вознесенские ирмосы, которые стали петься вместо катавасии с 6-й недели до Пасхи и на отдание ее. Но это давало слишком мало… А главное — душа еще все жила воскресением… И как пред солнцем бледнеет луна, так перед «Царем дней», Пасхою, все другие праздники смиряются… Благодать Пасхи сильнее всех других праздников… Поэтому Пасху довели до самого крайнего срока, вплоть до Вознесения, и оттого не оказалось ни чувств в душе, ни места в уставе и богослужении для Вознесения… Поэтому-то почти нет предпразднства. Только в среду на утрене началось оно. Промежуточное во времени — менее дня… Но вчера начали читать канон Вознесению… И вдруг мне послышалось некое «благоухание» чего-то нового… Точно где-то в стороне зазвонили… Стал слушать чтение… Особенно живо воспринимается каждое слово… Но о богослужебных мыслях после напишу. Теперь же я остановился только на чувстве радости, которое тонкою струею откуда-то начало проникать… Маленький ручеек в широкую реку… Приблизившееся Вознесение в море радости Пасхи… И за то благодарю Господа… Но потом отдание Пасхи опять затопило все… НАШ ХОДАТАЙ. Служим всенощную… Вышел я на литию… Немного сосредоточился на зрении Господа Вознесшегося… И вдруг стало ясно: НАШ Господь там! И это слово «наш» и осталось в душе… В самом деле: вознесся Господь ведь не Божеством, а человечеством… НАШЕ естество вознес Он. Или: В НАШЕМ естестве вознесся… Он — с воплощения еще НАШ, и там у Отца ЗА НАС ХОДАТАЙСТВУЕТ… Не может не ходатайствовать… Мы Ему — свои… Он — наш… Какая близость!.. И понятно: какие великие блага от этого должны проистекать для нас… Но об этом еще после… А сейчас — корень всего: НАШ Господь одесную Отца… Все прочее — следствия… Слава Тебе! ЛЕГКОЕ ― БЕЛОЕ. Не знаю, как вам и сказать о своем настроении сердечном… Вот написал два слова: «легкое — белое»… Будто ими я могу немного выразить те чувства, какие праздник Вознесения вызывает непосредственно, без мыслей… Припомните море радости на Пасху, Пасху «красную»… Огненную… Возбуждающую… Здесь иное… Какой-то прозрачный, безоблачный воздух… Будто и человек становится легче весом… И чистое, чистое… Белое… Как бы «плавно», мирно (а не с силою Пасхи) отделиться от земли и тихонько подниматься туда… выше… выше… Потому и облачения хочется надеть белые, чистые… НАДЗЕМНАЯ БЛАГОДАТЬ. И еще… Хожу в храме, заправляю лампадочки… а точно неясно слышу себя… Будто, задумавшись, не замечаешь происходящего вокруг… Праздник влечет к небу… И не мысленно, а непосредственно… Я думаю, что такова «благодать» этого праздника: ВЛЕЧЕНИЕ К НАДЗЕМНОМУ. То, что совершилось в Господе нашем, это повторяется и в каждом из нас…

ГОРНЯЯ МУДРСТВУЙТЕ. Давно мне прежде на этот праздник приходили мысли, что Вознесение требует от нас надземности, чистоты, святости… И эту мысль дал святой апостол в послании к Колоссянам, которые увлекались философствованиями (гностическими), а жили грешно (просто — блудно); иные же, наоборот, в самочинном аскетизме, с охуждением творения Божия, считая материю нечистой. И вот апостол говорит им, что Христос есть Истинный Совершенный Бог во плоти… Теперь Он вознесся к Отцу и «седит одесную» Его… А если Он там, то и вы о горнем помышляйте, а не о земном. Ибо вы умерли, и жизнь ваша сокровенна со Христом в Боге… Итак, умертвите уды (члены) ваша: блуд, нечистоту, лихоимство, страсть, злую похоть и любостяжание, которое есть идолослужение (3, 1‒5)… Иначе гнев Божий грядет (ст. 6)… Так, отрывая от земли, праздник Вознесения требует духовного подвига, борьбы за святость души… Нужно вознесение духа… Пасха дала необъятный простор… Неохватываемый подъем… Торжество будущего идеала блаженства… Но путь к этому не скор… Нужно не восторгаться, А ЕЩЕ ОЧИЩАТЬ СЕБЯ… И праздник Вознесения несет эту мысль и чувство. ВОЗВРАТИЛИСЬ С РАДОСТЬЮ. Иные думают, что апостолы после вознесения Господа возвратились опечаленными, что они лишились Господа, и Учителя, и Утешителя… И отчасти это верно и понятно. В одной стихире (на Господи, воззвах) говорится об этом так: Господи, апостолы, яко видеша Тя на облацех возносима, рыданием слез, Жизнодавче Христе, скорби исполняемы, рыдающе, глаголаху: Владыко! не остави нас сирых, ихже за милосердие возлюбил еси рабы Твоя… Но посли, якоже обещал еси нам, Пресвятаго Твоего Духа. Таково было первое естественное чувство. А потом Господь их Сам утешил… Как? Да разве Он, Всемогущий, не может утешить, когда захочет?! Что спрашиваем: «как?» — Всячески!.. Одним словом мир сотворил!.. Человека из глины создал… А человек спрашивает: «как?» …Вот хотя бы обещанием послать Утешителя! А раз — «Утешителя», то, значит, они скорбели… А сверх всего — «благословением»… Мы и сами знаем, что от святых даже людей сладостно получить благословение. А здесь Сам Бог Воплотившийся благословил. …И их сердца утешились до такой степени, что, как говорится в Евангелии, они все возвратились «С РАДОСТИЮ ВЕЛИКОЮ», хваляще и благословяще Бога. Поэтому и в песнопениях праздника о скорби и говорилось лишь в одном месте, как бы мимоходом, как о вещи малозначительной, скоро промелькнувшей, а после о радости будет петься. Да и как не радоваться?! Богочеловек отошел к Отцу Небесному!.. Выше этого ничего нет! И учеников обещал взять туда же: идеже есмь Аз, ту и слуга Мой будет (Ис. 12, 26). Ушли с радостью… Значит, и нам нужно с радостью уходить с праздника… В ожидании большей милости: ниспослания Духа Утешителя. ПРАЗДНИК ПОСРЕДСТВА. Когда сравниваешь Пасху с Пятидесятницею, то оба эти праздника представляются как бы двумя значительными вершинами; а Вознесение — промежуточным, соединительным, посредствующим между ними звеном, имеющим не самодовлеющее значение, а только значение ПУТИ, чтобы послать последнюю радость; чтобы и с людьми сделать то же, что произошло в Самом Воскресшем Господе при воскресении. Да и по существу религиозному это в известной степени так: Сын Божий во плоти вознесся для того, чтобы примиренное (Крестом) и обновленное, обоготворенное (воскресением) естество человеческое сделать «своим» Богу Отцу и исходатайствовать всем людям утерянную благодать Духа. СОБРАННОСТЬ ДУХА И ТЕЛА. Напишу еще об основных «тонах» праздника. Много раз я переживал, что праздник Вознесения вызывает в моей душе необычное чувство «серьезности»… Губы сжимаются; весь настораживаешься, «собирается» не только дух, но и тело… Почти всегда воспринимаешь так… И это бывает «само собою», а не вследствие «мыслей»… Мысли уже после подыскиваешь. Точнее, стараешься разобраться в чувстве: откуда оно? что такое? Мысли — не ясны, вот чувство — совершенно определенное и ясное… И даже не хочется размышлять о мыслях: так ясно чувство. Думается, однако, так: куда восходит Сын Божий? ― К БОГУ!.. К БОГУ!.. Подумаем: если мы боимся предстать пред «важный» начальником, то каким чувством должно наполняться сердце, когда кто-либо восходит К САМОМУ БОГУ?! Всевысочайшему, Премирному, Всемогущему! Со страхом и трепетом живите, — говорит апостол Павел, — где и когда Бог действует (Флп. 2, 12‒13). Еще прибавим, что восходим к Отцу, Который доселе «гневался» на «отлученное» человечество, бывшее «под клятвою»… Но может быть, нужно быть спокойным, ибо восходит СЫН БОЖИЙ? Да, нужно бы быть спокойным и можно бы, если бы Он восходил ЗА ОДНОГО ЛИШЬ СЕБЯ. Но Он, — вникнем, с Божиею помощью! — восходит собственно не как Единородный, всегда «сущий в лоне Отчем», а как Воплотившийся Богочеловек… Восходит — человечество. В Нем восходит НАШЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО… МЫ ВОСХОДИМ… В этом — сущность всякого праздника, что он есть не только событие в Господе, но и В НАС. Что в Нем творилось, то в некоторой степени совершается и в нас. …А мы виноваты пред Богом. И ныне Ему представляемся… Пример: Моисей был посредником за еврейский народ при Синайском Законодательстве. Народ чувствовал себя недостойным. Да и Сам Господь сказал Моисею: сойди и подтверди народу, чтобы он не порывался к Господу видеть Его, и чтобы не пали многие из него. Даже священники, приближающееся к Господу, должны освятить себя, чтобы не поразил их Господь… И взошел лишь Моисей и с ним Аарон, но и он — не на вершину горы. А священники и народ да не порываются восходить ко Господу, чтобы [Господь] не поразил их (Исх. 19, 21‒25). И когда народ увидел громы и пламя под горою, то отступил и стал вдали. И сказали Моисею: говори ты с нами, и мы будем слушать, но чтобы не говорил с нами Бог, дабы нам не умереть… Не бойтесь! — сказал Моисей: Бог пришел, чтобы испытать вас, и чтобы страх Его был пред лицом вашим: это и есть «собранность», или «страх Божий», дабы вы не грешили. И стоял народ вдали, а Моисей вступил во мрак, где Бог (Исх. 20, 19‒21). Итак, страх Божий был у евреев… Но у нас, христиан, чувство несколько иное: мягче… Ибо ныне от нас восходит Ходатай больше, чем Моисей, — Сам Сын Божий!.. И притом искупивший уже нас… Уже гнев Божий разрешен Крестом. Поэтому у нас остается не ужас, а «собранность», как я написал… Спокойная, умиренная «серьезность»… Или, еще лучше: великое БЛАГОГОВЕНИЕ… в молчании духа и уст. Еще возьмем житейский пример. От нас, допустим, некто пошел вести переговоры или просить о чем-либо начальника… А что же мы в это время? Тотчас стихаем… становимся серьезны. Будто бы и мы сами там с ходатаем, стоим пред начальником… И ждем: чем кончится? РАДОСТЬ ОБЕТОВАНИЯ. Но как же «с радостью» «воротились»? Да Ходатай пошел все же К БОГУ!.. И мы знаем, что ходатайство Его сильно: Он — Сын Ему по Божеству, а по человечеству — НАМ. Но еще больше это относится к будущему… А именно: к тому, что И МЫ САМИ будем туда же допущены… Но для этого нужно еще получить Духа освящающего. И хотя этого еще не было при вознесении, еще не ощущается на праздник сей; но чрезвычайно радостно самое уже ОБЕЩАНИЕ этого. Господь обнадежил учеников, во-первых, тем, что СКАЗАЛ, ОБЕЩАЛ им послать Духа: вы же оставайтесь в городе Иерусалиме, доколе не облечетесь силою свыше… Я же пошлю обетование Отца Моего на вас (Лк. 24, 49). Кстати: слово «обетование» понятнее было еврею, чем нам… «Обетованная» земля — Палестина… Идеал чаяний их — с Авраама до Моисея… Обетованный Мессия Спаситель… Обетованные блага земные: «да благо ти будет» и проч. Только ныне вместо земных благ обещаны небесные; посему в Евангелии Матфея говорится: даст блага просящиму Него (Мф. 7, 11). А у евангелиста Луки то же место читается: даст Духа Святаго просящиму Него (Лк. 11, 13)… Поэтому у евангелиста Матфея: да приидет Царствие Твое (Мф. 6, 10) как символ высших благ. А святой Григорий Нисский приводит древнее разночтение: «да приидет Дух Святый». Поэтому и ученики еще путают: Спаситель говорит: будете крещены Духом Святым… А они тут же, еще не понимая сего на опыте, а представляя все в земных формах, спрашивают: не восстановляешь ли Ты царство Израилево (а не Божие) (Деян. 1, 5‒6). …И это обещание Господь подкрепил «БЛАГОСЛОВЕНИЕМ» (Лк. 24, 50)… В чем сила этого подтверждения (или, по-славянски: радость сотворивыи учеником обетованием Святаго Духа, ИЗВЕЩЕННЫМ, то есть удостоверенным, им бывшим благословением)? Духа еще не получили, но «ЗАЛОГ», но «ручательство» уже имеют: Сын уже «благословил» их… Если сын царя — наследник престола (беру примеры для ясности) ― прощенному преступнику подает руку свою царскую, то не ясно ли, что это знак несомненной надежды на получение полной милости и от самого царя? Но благословение Божие, Сына Божия, уже подавало и некую благодатную силу, — «зачаток» Духа… Как и на Пасху Христос явился ученикам и сказал им: мир вам… Дунул… и добавил: приимите Дух Свят — ощущать грехи… Но это — зачаток лишь… А полнота — в Пятидесятницу! Итак, соединим: а) белизну чистоты, б) серьезность благоговения, в) надежду на примирение, г) радость обетования, — вот у нас и будет ОБЩИЙ ТОН праздника Вознесения… Но преимуществовать будет БЕЛЫЙ ТОН ЧИСТОТЫ И ЯСНОСТЬ СОБРАННОСТИ, с прибавлением лишь радости. СЛАВА. Но еще нужно дополнить ощущением «славы»… Нужно сказать, что сердцем своим я мало ощущал это действие благодати праздника… И, думаю, это оттого, что выше сил моих… Не доросли мы до сопереживания славы… Но умом (и лишь чуточку опытом) можем понимать, что праздник Вознесения есть праздник «славы»… Человечество во Христе было теперь прославлено так, как нельзя и представить выше: вознеслось к Отцу на Престол! Даже ВЫШЕ АНГЕЛОВ! А особенно, — если представить, что до этого терпел Спаситель: умаление воплощением («преклонив небеса, сниде», смирился, истощился), гонениями, борьбою с диаволом за человека, и с самим же человеком! О род неверный! Доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас? (Мф. 17, 17). Это мог сказать лишь Бог, страждущий за рабов… Непонимание учеников… Оставленность… Суд… Поношения… Крест… А теперь — к Отцу Небесному! Какая слава! Недаром и апостол Павел сопоставляет эти два события — уничижение страдания и славу вознесения выше всякого имени (Флп. 2, 5‒11). Но эта слава нас, недостойных, лишь краешком затрагивает… И не должно нам брать меры выше себя: «высших себя не ищи», — говорит Писание… Посему о большей умолчим… «Славу» праздника понимают святые люди!

Tags: духовные наставления
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author