?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Авторы: архиепископ Аверкий Таушев, блаженный Феофилакт Болгарский

Изложив сущность домостроительства нашего спасения, святой апостол Павел делает приложение изложенного им учения, во-первых, к колоссянам (1:21‒23), а во-вторых, к себе и к своему апостольскому служению (1:24‒29). Он говорит, что и колоссяне могут сподобиться плодов искупительного дела Христова, если только пребудут твердыми и непоколебимыми в вере и не отпадут от принятого ими учения Христова, проповедуемого им, Павлом. О себе апостол говорит, что он радуется в страданиях своих за колоссян и за все тело Церкви, ибо он страдает, по домостроительству, как служитель слова Божия и проповедник той тайны спасения, которую он только что объяснил колоссянам.
Ны́нѣ рáдуюся въ страдáнiихъ мои́хъ о (за) вáсъ. Хотя, казалось бы, это непоследовательно, но на самом деле очень последовательно. После того как он сказал: я был служителем благовествования, от которого умоляю вас не отступать, теперь показывает, что оно настолько истинно, что я даже страдаю за него, — и не только страдаю, но и радуюсь в этих страданиях. Страдания же эти за вас, чтобы принести вам пользу. Я́ко исполня́ю (και άνταναπληρώ, и восполняю) лишéнiе (недостаток) скорбéй Христóвы(х) вó плоти моéй. По-видимому, тщеславно и безумно это слово, но нет, напротив, оно полно великой любви ко Христу. Ибо он желает убедить их, что Христос и теперь еще за них страждет, и что не чрез нас, апостолов, вы приходите к Богу, но чрез Христа, хотя и через наше посредство (καν ημείς εν τω μέσω ώμεν). Итак, что же вы делаете, отступая от Того, Который и после Своей смерти подвергается за вас опасностям? Смысл его слов таков: если еще должен был Христос страдать за вас, но удалился и не отдал сего долга, то я исполняю Его долг подобно тому, как в отсутствие полководца помощник его, оберегая войско и занимая место полководца, получал бы вместо него раны. Потому ведь и сказал — лишéнiе (υστέρημα, недостаток), чтобы показать, что, по его мнению, Он не все еще претерпел. Он настолько любит нас, что и после Своей смерти, как будто недостаточны прежние страдания, страдает в моем теле; ибо Он не удовольствовался Своею смертью, но и еще совершает бесчисленные благодеяния. Итак, Павел, не превознося себя говорит это, но из желания показать, что Христос еще и ныне печется о них.

За тѣ́ло Егó, éже (которое) éсть Цéркви. Сказав, что хотя и я страдаю, но на самом деле это — страдания Христовы, он придает достоверность этим словам, говоря, что и эти страдания происходят ради тела Его. Итак, не почитайте хвастовством эти слова, но верьте, что Тот, Который не презрел соединить с Собой Церковь, и теперь еще ради нее страждет в моей плоти. Если же Церковь есть Тело Христово и составляет одно с Ним, как Главою, как же вы поставляете между собой Ангелов и разрываете тем единство? Éйже (которой) бы́хъ (сделался) áзъ служи́тель(ем). Говорит: я служитель, и сам собой ничего не делаю. Но если я — служитель, как же выставляете вы ангелов служителями? По смотрéнiю (домостроительству) Бóжiю дáнному (вверенному) мнѣ́ въ (для) вáсъ, (чтобы) испóлнити слóво Бóжiе. Словами по смотрéнiю Бóжiю или то говорит, что Господь, вознесшись на небо, послал нас на проповедь, чтобы вы не были оставлены и не впали в отчаяние; или то говорит: мне попустил Он преследовать Церковь потому, главным образом, чтобы сделаться достойным веры при проповеди. Или же: не дел Он искал и не добродетели, а веры и крещения. И в этом заключается величайшее смотрéнiе (домостроительство) Бóжiе. Ибо кто мог бы спастись, если бы требовались дела? Или же в словах: по смотрéнiю Бóжiю дáнному (вверенному) мнѣ́ въ (для) вáсъ, то есть в людях, принадлежащих язычеству, — просто говорит о благодати и силе, которую дал ему Бог, чтобы просветить язычников. Ибо убедить людей помраченных, неразумных и непослушных принять такие догматы — дело не Павловой силы, а смотрения Божия. И как страдания свои он назвал принадлежащими Христу, так и о распространении этого учения между ними говорит, что оно есть дело Божие. Словом же исполнити показывает, что нечто им недостает. Заметь и в том смотрéнiе (домостроительство) Бóжiе, что теперь сказана им тайна, что они сделались способными принять ее. Ибо Бог, устрояя все предусмотрительно, и то, конечно, предусмотрительно сделал, что тайна была открыта теперь, когда люди скорее могли принять ее. Поэтому безрассудны те, которые соблазняются словами, что в последние дни Сын приведет нас. Тáйну сокровéную от вѣ́къ и от родóвъ. Сказав о том, что мы получили, Павел указывает и на другое преимущество, на то, что прежде нас никто не знал этой тайны. Тайной называет то, чего никто не знал, кроме Бога, и не просто «скрытую» (κεκρυμμένον), но сокровéную (άποκεκρυμμένον). Выражение же от вѣ́къ значит: как начались века. Ны́нѣ же яви́ся (открылась) святы́мъ Егó. Это Его распоряжение, что тайна теперь явлена. Не сказал: «совершилась», но: яви́ся. Впрочем, и теперь не для всех, но для святых Его. Так что и теперь еще для некоторых она сокрыта. Посему да не обольщают вас те, ибо они не знают ее. И́мъ же восхотѣ́ (которым благоволил) Бóгъ сказáти (показать), чтó (какое) богáтство слáвы тáйны сея́ въ язы́цѣхъ (для язычников). Чтобы ты не спросил, за что святым только она явлена, а не всем, прибавил: имъ же восхотѣ́. Хотение же Божие всегда высочайше премудро. Конечно, он мог бы сказать: «достойным», но не сказал, желая научить смирению тех, кои сподобились сего, чтобы они, зная, что получили откровение по благословению Божию или благодати, смиренно о себе мудрствовали и не высоко, будто получившие по достоинству. И придавая значение совершившемуся, он не просто сказал; «возвестить славу тайны», но: богáтство слáвы тáйны, которая особенным образом явлена между язычниками, как и в другом месте говорит: и язычники за милость прославили Бога (ср. Рим. 15:9). Ибо хотя она является и другим, но не настолько, насколько тем, которые бесчувственнее камней и которые поклоняются камням и пресмыкающимся. Подобно тому, как если бы кто, взяв пса паршивого и тощего, не могущего даже двигаться, сделал его человеком и посадил на царском престоле, то он прославился бы более, нежели если бы оказал это человеку не очень нуждающемуся. И хорошо сказал: тáйны сея́. Ибо есть и другие тайны, но это по преимуществу тайна, которой никто не знал, которая стоит в разрез с общим обычаем и ожиданием, — это именно принятие в Церковь язычников. И́же (которая) éсть Христóсъ въ вáсъ уповáнiе слáвы. Объясняя, что такое богатство и что такое тайна, говорит: Христóсъ въ вáсъ, то есть то, что вы познали Христа и Он — в вас. И с похвалой выставляет это, чтобы сильнее привлечь их. Ибо если в вас — Христос, то каким образом вы ангелов называете благодетелями? Упование же славы есть Христос, потому что чрез Него мы надеемся достигнуть славы вечной; или потому, что Христос есть наша славная и непостыдная надежда. Егó (Которого) же мы́ проповѣ́дуемъ (καταγγέλλομεν). Мы проповедуем, но не Ангелы. Как же после этого вы считаете их служителями? И выразительно сказал: καταγγέλλομεν — долу возвещаем, то есть как бы низводя Его с высоты. Наказýюще (вразумляя) вся́кого человѣ́ка, и учáще (научая) вся́кого человѣ́ка. Не повелительно и не с принуждением. Ибо и это свойственно Божественной благости, — привлекать к себе не насильственно, а посредством увещания и научения. Под наказýюще можешь разуметь уроки деятельной жизни, а под учáще — истолкование догматов. Во вся́кую премýдрость (всякой премудрости). Чтобы с успехом научить сему, нужна всякая мудрость, заимствуя потребное то из Писания, то из разума, то из эллинских писателей, как и учил Павел афинян по поводу их же алтаря. Да (чтобы) предстáвимъ вся́кого человѣ́ка совершéна (в)о Христѣ́ Iсýсѣ. Что говоришь? Вся́кого человѣ́ка? Да, говорит, мы об этом заботимся. Но если это не исполнится, — не наша вина. Совершéна же не в законе и не по отношению к Ангелам, а (в)о Христѣ́ Iсýсѣ, то есть в познании Христа; ибо то несовершенно. Въ нéже и тружáюся (для чего я и тружусь) и подвизáюся. Не удовольствовался наименованием труда, но прибавил слово — подвизáюся, чтобы показать бдительность, строгость своей жизни и прочее, что свойственно подвизающимся. Итак, если я тружусь ради вашего блага, то насколько более вы должны трудиться? По дѣ́йству Егó дѣ́йствуемому во мнѣ́ си́лою (силою Его, действующею во мне могущественно). Сказав: тружáюся, показывает, что и это дело Божие. Ибо подающий мне силы для этого, очевидно, этого желает. Потому и в начале сказал: послáнникъ (апостол)… волею Божиею. Показывает этим также и то, что против него воюют многие. Ибо тогда сильнее проявлялась бы сила Божия, когда противников было бы много.