?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Авторы: блаженный Феодорит Кирский, архиепископ Аверкий (Таушев)

Вы есте тело Христово, и уди от части. Ибо не вы одни составляете тело сие, но все уверовавшие во вселенной. Потому апостол и прибавил: от части. Потом описывает чины церковные. И овех убо положи Бог в Церкви, первее апостолы. Разумеет не двенадцать только, но и семьдесят, и впоследствии сподобившихся сей благодати. Ибо и сам, будучи впоследствии призван, приял сие поставление, также блаженный Варнава, а кроме них, и многие другие. И Епафродита называет апостолом филиппийцев, ибо говорит: вашего посланникаи споспешника (άπὸστολον) потребе моей (Флп. 2, 25). Второе пророки. Разумеет бывших не прежде благодати, но под благодатию. Из числа их были Агав, пророчествовавшие во Антиохии и сам Божественный апостол. Третие учители. Ибо и они, вдохновенные Божественною благодатию, предлагали учение Божественных догматов и делали нравственные наставления. Потом же силы, та же дарования исцелением. Апостол предпоставил им учение не просто, но научая тем, что дарования сии ради учения, а не оно ради их, потому что учение споспешествовало спасению. Поелику же не принимали оного без знамений, то по необходимости для приходящих, как бы в некое поручительство, творили чудеса. Заступления исправление. Сим апостол изобразил домостроительство церквей. Роди языком. Дарование сие поставил Апостол на последнем месте не просто, но потому, что коринфяне высоко о нем думали и неумеренно пользовались им напоказ, а не по мере нужды. Ибо поэтому Апостол представил и порядок дарований, и сказал, которое из них есть первое, которое ― второе и которое ― третие, чтобы прилагали попечение о более нужном. Еда вси апостоли? Еда вси пророцы? Еда вси учители? Еда вси силы? Еда вси дарования имут исцелением? Еда вси языки глаголют? Еда вси сказуют? Сим Апостол снова утешил приявших дарования, по мнению их, меньшие, и ясно научил, что невозможно всем иметь одни и те же дарования и что они имеют нужду друг в друге и, как члены телесные, имеют нужду во взаимном пособии. Ревнуйте даровании больших. Иные читали это, как вопрос, а именно: точно ли желаете дарований больших? Если действительно желаете, я охотно укажу вам к этому путь. Ибо сие присовокупил апостол: И еще по превосхожению путь вам показую, то есть показываю путь к дарованиям по превосходству большим. И учит их, что выше всех сих дарований любовь к ближнему (блж. Феодорит). Апостол советует Коринфянам ревновать о дарах больших. Больший же из всех благодатных даров это дар любви. Ему и посвящена следующая глава (архиеп. Аверкий).
Тринадцатая глава справедливо именуется некоторыми «дивным гимном христианской любви». Только одна любовь и дает истинный смысл и истинную цену духовным дарованиям и подвигам человеческим. Без любви человек может говорить всеми языками человеческими и даже ангельскими, но речь его будет медь звенящая или кимвал звучащий (архиеп. Аверкий). Аще языки человеческими глаголю, и ангельскими, любве же не имам, бых яко медь звенящи, или кимвал звяцая. Апостол, делая сравнение дарований, первым из всех поставил дарование языков, потому что оно, по мнению коринфян, было важнее других. Важнейшим же почитали оное, потому что прежде всех других дано апостолам в день Пятидесятницы, при сошествии Всесвятого Духа. Посему говорит: если узнаю все человеческие языки, а сверх того, и языки невидимых Сил, но любви к ближнему иметь не буду, то ничем не отличусь от неодушевленных орудий. Под ангельскими же языками разумеет не чувственные, но некие мысленные, на которых песнословят Ангелы Бога всяческих и беседуют между собою. Ибо Исаия слышал их поющих, а Иезекииль, также Даниил, Захария и Михей слышали их беседующих. Выразил же это божественный Апостол преувеличенно, в намерении показать преимущество любви (блж. Феодорит). Без любви человек ― ничто, хотя бы он имел дар пророчества и знал все тайны, и имел все познания и всю веру, которая двигала бы горами (архиеп. Аверкий). И аще имам пророчество, и вем тайны вся, и весь разум, и аще имам всю веру, яко и горы преставляти, любве же не имам, ничтоже есмь. Апостол опять, сравнив с любовию в подлинном смысле большие из дарований, пророчество и веру, показал превосходство любви. Выразил же сие не просто, но с усилением речи, ибо о пророчестве сказал: аще вем тайны вся, и весь разум, а о вере: яко и горы преставляти. Но и в сем отношении показал, что превосходнее приобретение любви (блж. Феодорит). Без любви не имеют никакого значения даже такие подвиги самоотвержения, как раздача всего своего имения и предания тела своего на сожжение (архиеп. Аверкий). И аще раздам вся имения моя, и аще предам тело мое, во еже сжещи е, любве же не имам, никоея пользы ми есть. Здесь, сравнивая любовь с самыми высокими видами добродетели ― презрением имущества, и самопроизвольною нищетою, и подвигами за благочестие, апостол показывает, что любовь и оные превосходит. Но и это выразил он опять с усилением речи. Ибо об имении сказал: аще раздам вся имения моя, то есть своими руками буду раздавать свою собственность и услуживать нуждающимся, ― и говоря о мученичестве, не просто представил смерть, но сожжение тела, ибо это страдание почитается мучительнейшим других казней. И, может быть, иной спросит, возможно ли совершившему это не иметь любви. Посему надлежит знать, что праведный Судия взирает не только на праведное дело, но и на цель сего дела. Многие же весьма многое делают ради славы человеческой; и отрекающемуся от имения естественно делать сие для уловления славы от людей, а также по причине Божия закона и по желанию Небесного Царствия, а не из попечения о нуждающихся и желания услужить им. Надлежит также знать, что Божественный апостол многое выражает преувеличенно, придавая тем большую силу предлагаемому учению. Так и в Послании к Галатам сказал: И аще я, или Ангел с небесе благовестит вам паче… еже приясте, анафема да будет (Гал. 1, 8‒9). И хотя знал, что невозможно какому-либо Ангелу учить тому, что противно Божией проповеди, однако употребил выражение сие, уча не верить всякому, предлагающему какое-либо иное учение, хотя бы он был и весьма достоин веры (блж. Феодорит). Ст. 4–7 посвящены характеристике любви. Свойства любви таковы, что она поистине является исполнением всего закона, по выражению святого апостола Павла в Рим. 13, 10: Любовь не делает ближнему зла; итак, любовь есть исполнение закона. Это ― долготерпение, милосердие, отсутствие зависти, хвастовства, гордости, духа бесчинства, бескорыстие, негневливость, забвение обид и оскорблений, отсутствие радости при несчастиях других, любовь к правде, полная вера, твердая надежда и готовность переносить всякие скорби (архиеп. Аверкий). Любы долготерпит, великодушно переносит недостатки ближнего. Милосердствует, водится кротостию и благодушием. Любы не завидит, не допускает страсти зависти. Любы не превозносится, не входит в пытливые разыскания, о чем не должно, ибо таково значение слова: превозноситься (περπερεύεσθαι ― действовать легкомысленно), не меряет ощупью Божией сущности, не судит о Божиих домостроительствах, как обыкли делать некоторые. Любящий ни в чем не соглашается поступать опрометчиво, ибо слово любы употреблено здесь вместо «имеющий любовь». Не гордится, не превозносится пред братиями. Не безчинствует, не отказывается для пользы братий сделать что-либо неважное и унизительное, почитая такое действие неблагоприличным. Не ищет своя си. Сие неоднократно говорил уже Божественный апостол: не искии своея пользы, но многих, да спасутся (1 Кор. 10, 33). Не раздражается. Если и прискорбное что встречает от кого-либо, переносит великодушно по горячности любви, какую имеет в себе. Не вменяет злое, извиняет погрешительные поступки, предполагая, что сделано это не с худым намерением. Не радуется о неправде, радуетжеся о истине. Ненавидит противозаконное, веселится о том, что хорошо. Вся любит. По любви терпит и прискорбное. Всему веру емлет, любимого почитает нелживым. Вся уповает. Если видит его склонным к худому, ожидает в нем перемены на лучшее. Вся терпит. Что ни бывает с любящим, не может отторгнуть его от любви. Божественный Павел, изобразив сие в чертах частных и приметив, что язык его недостаточен к тому, чтобы восхвалить любовь, вкратце присовокупляет: Любы николи же отпадает, то есть не уклоняется, но всегда остается постоянною, непоколебимою, неподвижною, пребывающею вечно (блж. Феодорит). Проповедь, дар языков и знания суть только временно необходимые дарования, а любовь останется вечно, она «никогда не перестает» (ст. 8) (архиеп. Аверкий).