?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Автор: архиепископ Аверкий (Таушев)

Вопрос избранности и избрания ― это очень интересная тема. И действительно, нам трудно понять, почему Бог избирает одних людей и отвергает других. Или, может быть, Бог усматривает для каждого отдельно взятого человека, и даже целого народа, ту судьбу, которая наиболее отвечает или соответствует их настоящему состоянию? Например, об Иакове и Исаве сказано: Ибо, когда они еще не родились и не сделали ничего доброго или худого… Иакова Я возлюбил, а Исава возненавидел. Что же скажем? Неужели неправда у Бога? Никак (Рим. 9: 11, 13‒14). И действительно, может ли Бог быть несправедливым по отношению к некой части из Своих творений, особенно таких значимых, как люди? Конечно, НЕТ! поэтому апостол Павел и пишет: Что же скажем? Неужели неправда у Бога? Никак. Мы не видим всей картины тайны домостроительства Божия, ибо созерцаем лишь то, что относится к нам, и лишь в той мере, в какой можем рассмотреть замысел Бога. Иудеи кичились своим избранничеством, и им казалось, что все судьбы мира связаны только с их существованием, но они серьезно ошибались на свой счет. Сказано: Не таковы ли, как сыны Ефиоплян, и вы для Меня, сыны Израилевы? говорит Господь. Не Я ли вывел Израиля из земли Египетской и Филистимлян ― из Кафтора, и Арамлян ― из Кира? (Ам. 9: 7). Точно так же, как ошибаемся и мы, считая, что Бог промышляет, распространяет Свои Промыслы только на нас (православных), а весь остальной мир во власти дьявола или, в лучшем случае, предоставлен сам себе. Иисус, продолжая говорить им притчами, сказал: Царство Небесное подобно человеку царю, который сделал брачный пир для сына своего (Мф. 22: 1‒2).
Святитель Иоанн Златоуст пишет: «Впрочем, эта притча… она предвозвещает отпадение иудеев и призвание язычников и, кроме того, показывает правильный образ жизни, и то, какая казнь ожидает беспечных. Справедливо эта притча предлагается после предыдущей притчи. Сказав в предыдущей беседе: дано будет народу, приносящему плоды его (Мф. 21: 43), Христос показывает здесь, какому дастся языку; и не только это, но еще и то, что Он имел особенное попечение об иудеях»). Особое попечение об иудеях и заключается в том, что они первыми были приглашены на мессианский пир, как мы и прочитали: сделал брачный пир для сына своего. И хотя эти слова в большей мере относятся к Исусу Христу, но косвенно могут быть отнесены и к иудеям, ибо сказано: Израиль есть сын Мой, первенец Мой (Исх. 4: 22). То есть, как мы ранее говорили, многие ветхозаветные тексты, говорящие о Мессии, они же говорят и об еврейском народе, что подчеркивает особую близость Христа к Своему собственному народу. И тем более остро переживается на страницах Библии разрыв между иудеями и их Богом. Если брачный пир Жениха (Христа) с Невестой (Церковью) представляется устойчивым и более чем понятным образом, то в случае, если Жених Израиль, кто Невеста? Чтобы ответить на этот вопрос, обратимся к Книге Второзакония, где сказано об одном из важнейших назначений самого существования еврейского народа: Вот, я научил вас постановлениям и законам, как повелел мне Господь, Бог мой, дабы вы так поступали в той земле, в которую вы вступаете, чтоб овладеть ею; итак храните и исполняйте их, ибо в этом мудрость ваша и разум ваш пред глазами народов, которые, услышав о всех сих постановлениях, скажут: только этот великий народ есть народ мудрый и разумный. Ибо есть ли какой великий народ, к которому боги его были бы столь близки, как близок к нам Господь, Бог наш, когда ни призовем Его? и есть ли какой великий народ, у которого были бы такие справедливые постановления и законы, как весь закон сей, который я предлагаю вам сегодня? (Втор. 4: 5‒8). То есть еврейский народ должен был стать народом-светочем, и в этом было его великое предназначение. Но коль скоро они не выполнили этого предназначения, то к ним применимы слова: «Горе вам, законникам, что вы взяли ключ разумения: сами не вошли, и входящим воспрепятствовали» (Лк. 11: 52). И далее мы читаем: и послал рабов своих звать званых на брачный пир (Мф. 22: 3). Послал рабов своих звать званых ― это о еврейских пророках. Здесь уже со всею определенностью иудеи называются званными. Греческое слово кэклимэнус может быть переведено как приглашенные, или призванные. Такими «приглашенными» и были иудеи, а призывали их на мессианский пир пророки Божии, которые говорили Духом Святым о великих милостях и обетованиях Божиих. Без сомнения, еврейский народ знал о грядущем Мессии, в Его Пришествии они и видели в Нем высший смысл своего существования. Блаженный Августин пишет: «Все верующие знают о сыне царя и его брачном пире. Приготовленный Господом обед доступен всем, кто достойно его принимает. Важно, чтобы каждый взвешивал, как он к нему подходит, даже если ему и не возбраняется на нем присутствовать». Здесь у святого Августина мы видим, что мессианский брачный пир – это евхаристическое собрание. И иудеи первыми были призваны на этот мессианский евхаристический пир. Сказано (эти слова обращены именно к иудеям): Я хлеб живый, сшедший с небес; ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира. Тогда Иудеи стали спорить между собою, говоря: как Он может дать нам есть Плоть Свою? Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день (Ин. 6: 51‒54). То есть Христос открыто призывал иудеев на евхаристическую трапезу, но так как они не восприняли верою этот Его призыв, то Он позже, уже тайно, на Тайной вечере совершил первое приобщение верующих к этой Тайне. В истолковании блаженного Августина обращают на себя внимание слова «чтобы каждый взвешивал, как он к нему подходит (то есть приходит на евхаристическое собрание. ― О. С.), даже если ему и не возбраняется на нем присутствовать». Вот эти слова: «даже если ему и не возбраняется на нем присутствовать» ― говорят о том, что не только причащающийся, но и присутствующий на Литургии должен готовиться к этому событию. Следовательно, тот, кто отвергает духовную значимость этой евхаристической трапезы и участвует в сей Тайне, согрешает против нее; и тот, кто только присутствует на Литургии, но без должного благоговения, уже подвергается нареканию. А о первых сказано: Посему, кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней (1 Кор. 11: 27). Но про иудеев, призванных на мессианский пир, во второй части 3-го стиха 22-й главы Евангелия от Матфея сказано: и не хотели придти (Мф. 22: 3). И далее мы читаем: Опять послал других рабов, сказав: скажите званым: вот, я приготовил обед мой, тельцы мои и что откормлено, заколото, и всё готово; приходите на брачный пир. Но они, пренебрегши то, пошли, кто на поле свое, а кто на торговлю свою; прочие же, схватив рабов его, оскорбили и убили их (Мф. 22: 4‒6). Другие рабы ― это апостолы Исуса Христа, которые осуществляли призыв к иудеям от лица своего Божественного Учителя. Ибо еще в начале их проповеди Господь Иисус Христос поставил перед ними следующую задачу: Сих двенадцать послал Иисус, и заповедал им, говоря: на путь к язычникам не ходите, и в город Самарянский не входите; а идите наипаче к погибшим овцам дома Израилева (Мф. 10: 5‒6); и Сам Христос сначала отверг хананеянку, пришедшую к Нему (Мф. 15: 22‒27). Он же одобрил ее смирение и веру словами: о, женщина! велика вера твоя; да будет тебе по желанию твоему (Мф. 15: 28). Нечто подобное сказал Христос и римскому сотнику: истинно говорю вам, и в Израиле не нашел Я такой веры (Мф. 8: 10). Далее Господь присовокупил к сказанному в адрес сотника-язычника: Говорю же вам, что многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном (Мф.8:11). Нечто подобное Он произносит, когда узнает об интересе, проявленном к Нему со стороны греков (эллинов): пришел час прославиться Сыну Человеческому (Ин. 12: 23). Похоже, что и слова, сказанные святым Иоанном Крестителем при Иордане: говорю вам, что Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму (Мф. 3: 9), относились к римским центурионам, которые охраняли большое скопление народа при Иордане, где следили за порядком. Здесь заслуживает нашего внимания и следующий текст из Евангелия от Луки, который начинается прямой речью Христа: Поистине говорю вам: много вдов было в Израиле во дни Илии, когда заключено было небо три года и шесть месяцев, так что сделался большой голод по всей земле, и ни к одной из них не был послан Илия, а только ко вдове в Сарепту Сидонскую; много также было прокаженных в Израиле при пророке Елисее, и ни один из них не очистился, кроме Неемана Сириянина. Услышав это, все в синагоге исполнились ярости (Лк. 4: 25‒28). Подобное отношение Сына Божия к язычникам не могло не волновать книжников и фарисеев. С другой стороны, слова Христа: Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями (Мф. 7: 6) относятся, с нашей точки зрения, и к язычникам-«псам», и к эллинизированным евреям… И все же, проповедь Христова Евангелия оканчивается призывом начать дело славного обращения язычников в истинную веру: Итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа, уча их соблюдать всё, что Я повелел вам (Мф. 28: 19‒20). Святой апостол Иаков предлагает двенадцати коленам, находящимся в рассеянии, радоваться (Иак. 1: 1). Надо заметить, что агадическая (пасхальная) радость была присуща всему апостольскому веку. Уход в христианство воспринимался православными верующими как бегство из Египта греховного. Это был новый исход. И теперь он имел значение не для одного народа, но для всех чад Божиих, находящихся в рассеянии. В это время и исполнялось древнее пророчество о шатрах Сима: да распространит Бог Иафета, и да вселится он в шатрах Симовых (Быт. 9: 27). Это было великое начало обращения язычников в истинную веру, о котором святой апостол Петр позже скажет: некогда не народ, а ныне народ Божий; некогда непомилованные, а ныне помилованы (1 Пет. 2: 10). Поэтому слова св. апостола Иакова, обращенные к находящимся в рассеянии, не имеет смысла воспринимать как слова епископа Иерусалима, обращенные только к его еврейской пастве. Да, он говорит как Патриарх Иерусалима! Но Иерусалима ― как вселенской апостольской столицы, от стен которой и прозвучал великий миссионерский призыв Христа Спасителя: идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари. Кто будет веровать и креститься, спасен будет (Мк. 16: 15‒16). Святой апостол Павел (он же апостол языков) писал о себе: Ибо я не стыжусь благовествования Христова, потому что оно есть сила Божия ко спасению всякому верующему, во-первых, Иудею, потом и Еллину (Рим. 1: 16). Он же восклицал: Вам говорю, язычникам. Как апостол язычников, я прославляю служение мое (Рим. 11: 13). Ради проповеди среди язычников Павел и Варнава даже отрясают прах от ног своих на иудеев, чтобы идти к язычникам и там благовествовать веру в Исуса Христа (Деян. 31: 51). Возникают даже два направления в общецерковной миссионерской работе, как бы две новые формы, о чем апостол Павел и говорит: мне вверено благовестие для необрезанных, как Петру для обрезанных [ибо Содействовавший Петру в апостольстве у обрезанных содействовал и мне у язычников] (Гал. 2: 7‒8). В книге «Деяний Святых Апостолов» рассказывается о сотнике Корнилии (возможно прозелита, но никак не христианина). О нем говорится: благочестивый и боящийся Бога со всем домом своим, творивший много милостыни народу и всегда молившийся Богу (Деян. 10: 2). Апостол Павел, когда был в Афинах и осматривал наполненный идолами ареопаг, не закатил там, так сказать, «благочестивой» истерики (столь свойственной современным сторонникам «черного пиара» в области религиоведения), а подумал о душах несчастных язычников. Сказано: И, став Павел среди ареопага, сказал: Афиняне! по всему вижу я, что вы как бы особенно набожны. Ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано “неведомому Богу”. Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам (Деян. 17: 22‒23). Трудно представить, какой бы шум подняли современные «православные» религиоведы, скажи нечто подобное православный священник-миссионер, например, в кришнаитском ашраме. Но нужно внимательнее отнестись к словам fпостола в ареопаге. Прежде всего, он говорит очень осторожно, опасаясь, как бы ему самому не согрешить. Он не говорит: «вы… особенно набожны», а присовокупляет слова «как бы». И этим самым расположив язычников к себе, в то же время не согрешает и против собственной своей веры. Далее, когда он говорит: осматривая ваши святыни, он делает акцент именно на словах ваши святыни, имея в виду, что для него самого все эти «святыни» – языческая мерзость. Блаженный Феофилакт поясняет: «Нашел в городе не книгу Божественную, а стоявшее капище и, воспользовавшись надписью на капище, разрушил самое капище. Да что же и оставалось ему делать? Еллины все были неверующими. Если бы он стал беседовать с ними на основании евангельского учения, они стали бы смеяться над ним; если бы на основании пророков – не имели бы доверия к нему. Он неприятеля покорил его же оружием. Вот это-то и есть то, о чем он говорит: был… для чуждых закона – как чуждый закона (1 Кор. 9: 21)». Позже в ранней христианской литературе о некоторых язычниках будут говорить уже как о христианах до Христа. Так, например, св. Иустин Мученик писал о языческих философах: «И все, что когда-либо сказано и открыто хорошего философами и законодателями, все это ими сделано соответственно мере нахождения ими и созерцания Слова (то есть Христа. ― О. С.)… из живших до Христа, по Его человечеству… Самый твердый из всех них в этом деле (то есть в познании Истины. ― О. С.) Сократ». Подобная трансформация отношения к язычникам от резко отрицательного (ветхозаветного) до терпимого и даже доброжелательного (христианского) была обусловлена серьезным намерением обратить самих заблудших язычников в истинную веру. Уже в XVIII веке для православного миссионера возможно было сказать о своих взаимоотношениях с языческими племенами: «Я нянька для тамошних народцев». Только такое доброжелательное отношение к заблудшим и могло способствовать их обращению в истинную веру. Именно доброжелательным отношением к язычникам-инородцам (их языку, культуре и быту) обусловлен успех православной миссии в Китае и Японии в XIX веке. Именно новозаветное христианское учение о спасении вырвало сотериологию из узко-националистических тисков иудаизма. Но, как это ни печально, закваска фарисейская все же проникла и в христианский мир (Мф. 16: 6), где всегда находились сторонники более чем странного отношения к проповеди «не своим»; таковые и поныне придерживаются принципа: «православие только для православных». В этом они очень близко стоят к талмудическому иудаизму, единственному вероучению, неодобрительно относящемуся к обращению «посторонних» в свою собственную веру. Апогей христианской сотериологии, не знающей национально-этнических границ, ― известный текст из Книги Откровения апостола Иоанна Богослова: После сего взглянул я, и вот, великое множество людей, которого никто не мог перечесть, из всех племен и колен, и народов и языков, стояло пред престолом и пред Агнцем в белых одеждах и с пальмовыми ветвями в руках своих. И восклицали громким голосом, говоря: спасение Богу нашему, сидящему на престоле, и Агнцу! (Откр. 7: 9‒10). Но вернемся к рассматриваемой притче, далее мы читаем: Услышав о сем, царь разгневался, и, послав войска свои, истребил убийц оных и сжег город их (Мф. 22: 7). Разгневанный царь ― это Бог, возмутившийся отказом иудеев принять Христа Мессию как своего Спасителя; посланные войска – это римские легионы; сожженный город ― это Иерусалим. О том же, что убийцы Христа будут наказаны, говорил еще пророк Даниил, живший 500 лет до Рождества Христова. В 66-м году от Рождества Христова Иерусалим окружили римские легионы под командованием правителя Сирии Цестия Галла. Несмотря на сопротивление иудеев, римские войска внесли свои идолопоклоннические знамена в город и начали делать подкоп под северную стену Храма. Находясь на этом месте, они сделались «мерзостью», которая могла привести к полному опустошению (Мф. 24: 15‒16). И уже в 70-м году римляне под командованием полководца Тита из дома Флавиев пришли, как «наводнение», и разрушили город и Храм. Ничто не могло их остановить, потому что это было решено ― «предопределено» ― Богом, и пророчески предсказано в рассматриваемой притче Его Божественным Сыном. Пророк Даниил пророчествовал: И по истечении шестидесяти двух седмин предан будет смерти Христос, и не будет; а город и святилище разрушены будут народом вождя, который придет, и конец его будет как от наводнения, и до конца войны будут опустошения. И утвердит завет для многих одна седмина, а в половине седмины прекратится жертва и приношение, и на крыле святилища будет мерзость запустения, и окончательная предопределенная гибель постигнет опустошителя (Дан. 9: 26‒27). В пророчестве Даниила обращает на себя внимание то, что древний пророк, живший до Рождества Христова, видит причину разрушения иудейского царства «народом вождя, который придет», в том, что «предан будет смерти Христос», то есть причина та же, что и в Евангелии от Матфея, где мы прочитали: «царь разгневался, и, послав войска свои, истребил убийц оных и сжег город их». Под разгневанным царем святой Ефрем Сирин видит Самого Христа, и естественно возникает вопрос, а почему сказано: «послав войска свои»? С каких это пор языческие войска «свои» Богу? Ответ очевиден: в Своем гневе Бог может использовать любые народы против других народов, вызвавших Его (Господа) гнев. И тогда эти первые находятся как бы на послушании у Бога. Так, например, помазанником Божиим, то есть Христом, называется языческий царь Кир. Сказано: Так говорит Господь помазаннику Своему Киру: Я держу тебя за правую руку, чтобы покорить тебе народы, и сниму поясы с чресл царей, чтоб отворялись для тебя двери, и ворота не затворялись (Ис. 45: 1). Здесь в наименовании Кира стоит еврейское слово לִמְשִׁיחוֹ (лимэшито), производное от слова «мешиах», то есть Христос-Помазанник. Ниже, в 44-й главе, 28-й стих Кир, назван Богом: «пастырь Мой». Таким образом, и это недоумение устраняется. Причем у пророка Даниила, предсказывается и последующее разрушение Римской империи: и окончательная предопределенная гибель постигнет опустошителя (Дан. 9: 27). Что и исполнилось значительно позже уничтожения Иерусалима. Пророчество Даниила о развале Римской империи, изреченное в V веке до Рождества Христова, исполнилось в V веке нашей эры. В июне 455-го вандалы захватили Рим и подвергли его страшному разгрому. Западно-Римской империи был нанесен смертельный удар. Вандалы подчинили себе Сицилию, Сардинию и Корсику. В 457-м бургунды заняли бассейн Родана, создав самостоятельное Бургундское королевство. Под властью Рима к началу 460-х осталась фактически одна Италия. Престол стал игрушкой в руках варварских военачальников, которые по своей воле провозглашали и низвергали императоров. Затянувшейся агонии Западно-Римской империи положил конец скир Одоакр: в 476-м он сверг последнего Западно-Римского императора Ромула Августула, отослал знаки высшей власти византийскому императору Зенону и основал на территории Италии собственное варварское королевство. Итак, читаем далее Притчу о званных и избранных: Тогда говорит он рабам своим: брачный пир готов, а званые не были достойны; итак, пойдите на распутия и всех, кого найдете, зовите на брачный пир. И рабы те, выйдя на дороги, собрали всех, кого только нашли, и злых и добрых; и брачный пир наполнился возлежащими (Мф. 22: 8‒10). Блаженный Августин так истолковал данный отрывок: «Святое Писание учит нас тому, что есть два пира Господа: на один приходят добрые и злые, на другой злые не приходят. На тот пир, о котором мы только что слышали при чтении Евангелия, собрались и добрые, и злые гости. Все отказавшиеся прийти – злые, но не все пришедшие – добрые. Сейчас я обращаюсь к вам, добрым гостям на этом пире. Будьте внимательны к словам: кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем (1 Кор. 11: 29). Это вам я говорю: не ищите добра вне Церкви и переносите зло внутри нее». Первый пир ― это возможность в этой земной жизни исправиться для всякого человека, живущего на земле, – и для «злых и добрых», которая прекращается в момент нашей физической смерти. Ибо если мы до момента нашей физической смерти не примиримся с Богом, то мы уже нигде и никогда не примиримся с Ним. Вот что говорит святой Иоанн Дамаскин: «По отшествии из сей жизни нет уже времени для добрых дел, потому что Бог по долготерпению Своему время настоящей жизни определил на делание нужного для угождения Богу. Настоящее время есть время покаяния и отпущения грехов, а в будущем веке – праведный суд и воздаяние». А вот слова святителя Григория Богослова: «Лучше здесь подвергаться вразумлению и очищению, нежели претерпеть истязания там, когда настанет время наказания, а не очищения… Потому что Бог ограничил время деятельной жизни здешним пребыванием, а в тамошней жизни предоставил исследование сделанного. Тогда кто поможет сетующим напрасно. Здесь врачевство для людей; а напоследок все будет закончено заключением». Святитель Иоанн Златоуст пишет: «Только настоящая жизнь есть время для подвигов, а после смерти суд и наказание. Ибо сказано: во аде кто исповедует тебя?» Следовательно, по Августину, второй пир – есть радость общения со Христом и во Христе, ожидающая верующих на Небесах. Сказал Христос о грядущем мессианском Небесном пире: Сказываю же вам, что отныне не буду пить от плода сего виноградного до того дня, когда буду пить с вами новое вино в Царстве Отца Моего (Мф. 26: 29). И далее мы читаем: Царь, войдя посмотреть возлежащих, увидел там человека, одетого не в брачную одежду (Мф. 22: 11). Царь, войдя посмотреть возлежащих ― это уже о Втором Пришествии. «Возлежащие» ― это христиане, и, как мы увидим, и из них не все оказались готовы. Что значит: «Царь, войдя посмотреть возлежащих, увидел»? Разве можно по отношению к Богу, даже на уровне притчи, применять подобные антропоморфные (человекообразные) сравнения? Это человеку чтобы что-то узнать, надо пойти и посмотреть, Бог же Вездесущий и Всезнающий не нуждается в движении, действии для установлении той или иной истины. Но подобные антропоморфные выражения мы находим и в других местах Священного Писания! Сказано: И сошел Господь посмотреть город и башню, которые строили сыны человеческие (Быт. 11: 5); и еще: И сказал Господь: вопль Содомский и Гоморрский, велик он, и грех их, тяжел он весьма; сойду и посмотрю, точно ли они поступают так, каков вопль на них, восходящий ко Мне, или нет; узнаю (Быт. 18: 20‒21). В действительности во всех подобных текстах говорится так в категориях человеческих представлении о действиях и вещах божественных. Ибо если бы Бог разговаривал с нами, не учитывая нашу падшую природу, то едва ли мы смогли бы понять Его. Сказано: Истинно, истинно говорю тебе: мы говорим о том, что знаем, и свидетельствуем о том, что видели, а вы свидетельства Нашего не принимаете. Если Я сказал вам о земном, и вы не верите, – как поверите, если буду говорить вам о небесном? (Ин. 3: 11‒12). Поэтому Господь разговаривает с нами о небесном «по-земному», то есть на понятном нам языке человеческих представлений, как и написано: Узами человеческими влек Я их… и был для них как бы поднимающий ярмо с челюстей их, и ласково подкладывал пищу им (Ос. 11: 4). И далее мы читаем: и говорит ему: друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде? Он же молчал. Тогда сказал царь слугам: связав ему руки и ноги, возьмите его и бросьте во тьму внешнюю; там будет плач и скрежет зубов; ибо много званых, а мало избранных (Мф. 22: 12‒14). Брачная одежда ― это праведность Христова, в которую верующий облекается, становясь христианином еще в этой земной жизни. Блаженный Августин пишет: «И вот: Царь вошел посмотреть возлежащих (Мф. 22: 11). Смотрите, братья, в задачу слуг входило только пригласить и привести добрых и злых. Не говорится ведь, что слуги рассматривали гостей, что нашли среди них одного человека, одетого не в брачную одежду, что обратились к нему и с вопросом. Не это написано. Хозяин дома вошел, хозяин дома обнаружил его, хозяин дома отделил его от других, хозяин дома удалил его. Вот этого нельзя было упустить из виду… Царь, войдя посмотреть возлежащих, увидел там человека, одетого не в брачную одежду, и говорит ему: друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде? Он же молчал. Задавший вопрос был Тем, Кому он солгать не мог… Подобающая одежда усматривается, конечно, в сердце, а не на теле, поскольку если бы она была внешней, то не осталась бы не замеченной слугами. А вот какой должна быть эта одежда, узнайте из таких слов: Священники Твои облекутся правдою (Пс. 131: 9). Об этом же облачении правдою говорит апостол: только бы нам и одетым не оказаться нагими (2 Кор. 5: 3). Вот так он, скрывшись от слуг, оказался обнаруженным Господом. Был спрошен и молчал, был связан и выброшен – осужден один из многих». Итак, сегодняшняя беседа касается как сотериологических, так и эсхатологических аспектов в деле домостроительства нашего спасения.